Пусть слышат они только море. Стихи

* * *

В коробке из-под немецкого шоколада
мать прячет бирки, зубы, первые волосы
сына, живущего где-то в пределах города,
звонящего в день рожденья уставшим голосом.
Когда приходит этот, уже мужчина,
с руками в венах, с букетом цветов дешёвых,
она наливает чашку до половины,
чтобы он поскорей ушёл.

* * *

На ладан не дыши — дышать здесь нечем.
Зря говорят, что сельский воздух лечит.
Саднящий в носоглотке дым костра
меняет очертания. Вглядись же.
Буреют в куче скошенные астры.
Садовник выкорчёвывает липу,
которая ни разу не цвела.

* * *

от воскресения до воскресенья
ставим крестики календарные
ждем спасения

оно приходит в виде воздуха горного
в газовой камере города

серебристые муравьи
тащат к вершине камни
трутся стальными боками

чешется
след на шее от тесного ворота

под ватными облаками

* * *

В сердце музыка жёвана-пережёвана.
Запах старости. Патина. Вкус крыжовника.
В голове шелестят голоса, и шорохи.
Скрип полов. Ставни наглухо заколочены.
Водоёмы забытые заболочены.
Силуэты ушедших в воде мерещатся.
И беззвучно ко дну приглашает лестница.
За спиною торопит живая очередь.

* * *

Кажется, больше места
Стало — ты будешь рад.
Старый лимон на лето
Вынесли в сад.
В комнате слишком душно.
Тихие голоса
Резко прервёт кукушка —
Белое брюшко,
Пластмассовые глаза.

* * *

у моря большие лёгкие
и огромный рот
сегодня на ужин съест не того
а завтра этого пожуёт
на берегу почерневший моряк
раскладывает сокровища у ног
рыба к рыбе
с морским ежом
играет чужой щенок
* * *

Когда рассказчик уснёт на горе из книг,
Все потянутся к выходу, вначале скованно,
Через три ступеньки вниз. Убыстренные шаги.
Поворот к забору, вверх и на другую сторону,
Где дышать прерывисто с открытым ртом,
Обхватив ладонями бока штормящие.
Собака с оборванным поводком
Появится рядом, умчится с мячиком.

* * *

Кто-то умер.
Да здравствуют все.
У красавицы месяц в косе,
Солнышко в рукаве и кощеева жизнь.
В башне сиднем сидит, оттачивает харизму.
Ждёт прекрасного юношу, держит в окне белый флаг.
Но внизу лишь дурак, да и то не глядит, дурак.
В пять утра во дворе с серым волком на поводке
Курит, плюёт под ноги, уходит, крикнув “к ноге!”

* * *

неспящий в тибете похож на таких же как здесь
луны циферблат растекается на небосклоне
спускается с гор поседевший на треть незнакомец
в руках несёт старые книги в них новая весть
и мимо проходит не глядя как будто ослеп
ногами ступает по лужам роняет страницы
на ветке засохшей кричит тонконогая птица
он входит в туман и за ним закрывается лес

* * *

Наверное бог похож на умирающего человека
У него в глазах то чего никому не видно
над головой остатки сияющей ауры
на губах соль выступила на лбу испарина
я смотрю на него и мне отчего-то стыдно

Дайте мне воды думает он не произнося ни слова
Справа мать и праматерь сидят отец с пращуром – слева
в изножье карлики великаны у изголовья
пришли и молчат

(вспоминают как он выходил из чрева)
он перед ними младенец голый
которому не все возможно но все прилично

Другие плачут громко молят его о прощении
А у него в ушах звучит собственный голос
Будущего нет и не будет
Будущего нет и не будет
И прошлое слишком призрачно
* * *
У старого дерева молодые листья.
Прорыты ходы в яблоке. Делятся половинки:
Одна на счастье, другую почистить.
Империя насекомых выстроила лабиринты
в мякоти, из которой выйти лишь по веревочке.
К Ариадне, что украла плод, а осталась с овощем.

* * *

Когда память не та и руки уже не те
Когда животное просыпается в животе
Меркнет лампочка в голове
То рождается в пустоте
Голос
Того кто мог вырасти из тебя
Да что-то не повезло
Спрашивает
Какое уже число

* * *

У бога
полный карман людей
у нищего
полный карман счастья
поделись со мной человек
у меня есть море взамен
большое теплое море
рыба
лодка
и снасти

* * *

Ветер шумит размеренно.
Строит гнездо на дереве.
Дерево осыпается.
Он обещал быть в пятницу.
В дом не вернулся. Хлопают
Двери в ладоши твердые.

Лето в чулане прячется.
Пес умирает около
Белого цоколя.

* * *

медленно обнажаясь
берег уводит к солнцу
в черный и тихий город
копоть на храме божьем
в воздухе стонут люди
плач их – щепотка соли
в воздухе тонут рыбы
падают к лапам кошки
город сгорит а море
жизнью его наполнит
день а на дне ракушка
рак и забытый якорь
* * *

В доме окно
На окне горшок
В горшке веточка
Вяжет пинетки сонная женщина
Внутри нее рыба без воздуха мечется
А ей хорошо

Улыбается будто себе в живот
Крикам на улице
Разбитой лампочке
Черным вестям из нечерного ящика
Женщина ждет непременного мальчика
Девочка тоже сойдет

* * *

Утро наступает
Тяжелее старости
На горло.
Зачем вы птицы встаете так рано?
У птиц во рту язычок.
Птица – колокол.

Темные люди в белых одеждах
Крадутся по городу.
Небо, небо, залей им в уши
Песню олова.

Пусть слышат они только море,
Старое море, новое море.
А мы пока накричимся
и выкричим горе.

* * *

Голова на плечах. Пелена в голове.
Расшивают кольчуги по вечной канве
переросшие мальчики, в мокрой траве
разбирают друг друга на лего.

Посмотрите наверх, посмотрите наверх.
Там старик, а вокруг него тихо и свет.
Он давно прячет кролика в рукаве
И зовет на прогулку по небу.

Вам понравилось?
Поделитесь этой статьей!

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.1

  1. Добрый день.Читаю новый номер журнала. Стихи Айгерим Тажи…. это как выпить любимый кофе с утра… и начать снова жить…

  2. Удивительные стихи. Раньше думали что рай находится на луне. Возможно, автор этих стихов — это кто-то из чеховских сестёр или даже дочка станционного смотрителя — со станции, буранного полустанка, затерянного во времени, на краю ойкумены.