Стучит лопата мокрая

Стучит лопата мокрая (льет дождь),
Вскрывая землю, что куда попало
Копальщики швыряют. Ты уйдешь
Туда, где бесконечность без начала
Накидку неизвестности сорвет
С потусторонности — главы вниманья.
Все кончено. Все позади. И вот
Ты скоро только память мирозданья.

У гроба воет безутешный пес.
Твои лицо и руки, как живые.
Со светлых прядей шелковых волос
Свергаются слезинки дождевые.
Вокруг детей и мужа — пустота,
Внутри оборвалось как будто что-то,
И радость в тягость, и печаль не та,
И пот не от жары, жара — от пота.

С одною жизнью умирают две,
Как минимум, но риск есть вздор соседний,
Перипетии мыслей в голове
Принять за агонические бредни.
Что ж, мир наш не устроен так, чтоб всем
Одно и тоже счастье выпадало:
Одновременно кануть в Лету с тем,
Кем жив и был. И вдруг его не стало.

Реальность это. Факт. Не интервал
Меж строчками одной житейской книги,
Которую Писатель разорвал
И свел на нет запутанность интриги.
Не дочитав своих любимых строк,
Отдаст себя читатель на поруки
Чертям, чем бросит ангелам упрек.
Как будто те не знают друг о друге!

Исчезнув, испарившись, став одним
Сплошным воспоминаньем, сгустком серым,
Счастливец не узнает, что за ним
Захлопнулись ворота атмосферы.
Пусть человек не избежит разлук
Таких, когда не будет больше встречи,
Он, моментально взятый на испуг,
Лишается любви и дара речи.

Неужто он настолько вял и слаб,
Что, одержим всеобщим заблужденьем,
Уход родных (лишь жизненный этап)
Относит только к Божьим преступленьям?
Столь велико влияние извне
И так ему нелепо путь начертан,
Что от потерь — бессонница во сне,
В котором видит собственную смерть он.

2016 г.

Впечатленье, вся моя усталость…

Впечатленье, вся моя усталость-
Пережиток прошлого и грусть,
Что в наследство от него досталась
Болью, незабытой наизусть.

Не сложилось , не срослось, не вышло
В настоящем, полном маеты,
Ничего, чтоб разогнулась вишня
И дала здоровые плоды.

Огород затравлен сорняками,
Высотой с забор вокруг него,
И от звездопада синяками
Чьи-то руки вышили его.

Грядки, нерыхленые, с землею
Уравнялись от того , что лень
Встала на дороге к ним скалою,
На которой тучи набекрень.

В будущем не будет дней хороших,
Дней-прожекторов на почве тьмы
В зарослях , колючих , словно ежик,
Замерзающий ни от зимы.

Лень-сестра усталости , за горло
Грузными ручищами взяла,
К стенке безысходности приперла
И вздохнуть ни разу не дала.

Нет нужды в заботе, пусть не лишней,
Запоздалой, как весною снег
В огороде над увядшей вишней,
У того , кто слабый человек.

2016 г.

«Звонок»

Он по жизни бежал и не чувствовал тяги
К постоянству тепла очага от любви,
Попадающей чаще других в передряги,
Несмотря на заумные речи свои.
От второй половины стремясь отделиться
Кутежом в кабаках, по — ребячески в них

Предпочтя с краснобаями вдоволь резвиться
И подслушивать споры о женах чужих,
Не засек как не стало кафе, краснобаев,
Но остался не сделанным важный звонок.
Позвонил, и услышал от новых хозяев:
«А она не живет здесь давно уж, сынок».

2016 г.

Испытание

Больничный коридор — загадочная трасса
В потусторонний мир, в который иногда
Срывается душа для просветленья часа,
Но тело в этот час недвижимо всегда.

Встречает человек знакомые обличья,
И слышит он слова : «На смерть не уповай!
Не верь, что нет любви, большой до неприличья,
Что ей не по зубам, хоть плачь, хоть не рыдай!»

Он видит как идет в лохмотьях и опорках
С косой наперевес по полю под напев.
А вот уж он царек, пускай и на задворках,
Но с целым штатом слуг и в окруженье дев.

Вернувшийся домой из недр надзвездной сферы
Воссоздает в уме сюжетных линий ряд
Реальности иной, не оправдавшей веры
В ничтожество богатств, в могущество утрат.

Случайно став одним из неких посвященных
В секреты «за» и «над», ко всепрощенью он
Пытается призвать прощавших и прощенных,
И тех, кто не прощал, и тех, кто не прощен.

2014 г.

У берега волна…

У берега волна, как псина отряхнулась
От пены кружевной, и бросилась к мыскам
Их мельком облизать, затем перевернулась
На спину головой к оранжевым пескам.

Ее не приручить ни лакомством, ни лаской,
В ошейнике на цепь у будки в сторожа,
Заигрывая с ней, приманивая цацкой,
Не посадить равно как страхом от ножа.

В просторе голубом ее житье навеки!
Носясь, как метеор то вздыбясь, то прямой,
Она не может знать, что недочеловеки
Порабощают все за глыбовой кормой.

2016 г.

За дымной занавеской синий лес…

За дымной занавеской синий лес
Корнями вкопан в плодородный остров,
Единственный под сводами небес,
Кто удален от магистральных монстров.

Здесь соблюден естественный баланс:
В апреле — появляется подснежник
И тормошит цветеньем впавший в транс.
По вертикали брошенный валежник.

Из спячки выползающий медведь
Не взорванной гранатой вдруг разбужен;
От зорьки — не от крови багроветь
Начнет на завтрак (максимум, на ужин).

Листва расставит зеленью шатры,
Спасателей зверья от солнца жара,
По виду-наподобие чадры
Красавицы Востока у базара.

Сорвать ее — нарушить с давних пор
Обычную традицию, веками
Взлелеянную песней с дальних гор,
Что обступили птицы облаками.

Здесь выхлопы шоссе за гранью той,
Что в смысле, не совсем определенном,
Зовут необозначенной чертой
В пространстве, на отрезки разделенном.

2016 г.
Размер имеют реки, горы…

Размер имеют реки, горы,
Деревни, села, города,
Улыбки, сплетни и раздоры,
Колеса, шпалы, провода,
И пролетающие мимо
Дворов станицы журавлей,
Урчащий меж камней ручей,
Моя ж любовь неизмерима…

2001г.

В дождливый вечер так необходим…

В дождливый вечер так необходим
Какой — нибудь случайный собеседник,
Который станет близким и родным
Тебе, пусть и на время. Исповедник

Твоей души вне церкви, он найдет
Слова не утешенья — ободренья,
Что мысль о суициде отпадет,
Изменится на вещи точка зренья.

Ведь что ни говори, любая вещь,
Как в дождь пятно размытое понятье :
Бывает, что игра не стоит свеч,
Как всхлипов невозможное объятье.

Находимся ли где-то вдалеке
От родины, в безвестной обстановке,
Мы говорим на русском языке
И наши фразы, видимо, неловки

Для слушателей также, как для нас
В артиклях незнакомые наречья;
Куда яснее выраженье глаз,
Скрещенье пальцев в знак противоречья.

2015 г.
Развенчивая миф о собственном бессилье…

Развенчивая миф о собственном бессилье
На поприще любви к прекрасному, не раз
Меняла маски я в одном и том же стиле ,
Чтобы не став собой, запрыгнуть на Парнас.

В открытое лицо летели только камни,
На шее вис аркан, запущенный Никем,
Товарища рука была рукой врага мне,
Рукой, толкавшей в гроб, где всякий слеп и нем.

Себе дала обет, который не нарушу:
О чем бы не пришлось с другими говорить ,
Всегда скрывать лицо, а вместе с ним и душу ,
Которую никто не в силах покорить.

2016 г.

Сонм корифеев, под дудку бонзы…

Сонм корифеев, под дудку бонзы
Пляшущий, пишет, речет с опаской
Не удостоиться памятной бронзы-
Ордена Славы, скрывает маской
Самодовольства припадки рыка
В клане дельцов в шутовской обстановке,
Где изощренно поэт-горемыка
Им демонстрирует чудо сноровки.

Мимо трибуны безликой тенью
Он подбегает ко всем и сразу,
Но по отдельности, к хитросплетенью
Общих суждений прибавить фразу,
Вырванную из контекста книги,
Авторитетом вогнавшей в ступор
Классиков жанра в ответ на интриги
С целью заткнуть словоблудием рупор.

В мире созвучий на грани фола
Запахи скошенных трав и сена
Не над землей — над покрытьем пола
В особняке на реке, чья вена
Тромб парафина иметь привыкла,
Что превратилась в стоячие воды
Во избежанье проточности цикла-
Дара, полученного от природы.

2016 г.

Вам понравилось?
Поделитесь этой статьей!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.1