Слово по-(испански) португальски

Просвещение внедрять с умеренностью, по возможности избегая кровопролития.

М.Е. Салтыков-Щедрин

 Профессия преподавателя достойная и всеми уважаемая… Но что значит быть педагогом? Учить быть добрыми и справедливыми, вызывать неподдельный интерес к знаниям, воспитывать? Быть другом? Служить примером? Где заканчивается та грань, которую нельзя переступать, чтобы не потревожить, не спугнуть робкую детскую душу? Насколько преподаватель может вторгаться в наивные жизни? Прикасаться к маленьким сердцам?..

 

Ольге предложили небольшую подработку: в частную школу для двух бразильцев, брата и сестры десяти и двенадцати лет, требовался учитель математики со знанием английского. Бывшая преподавательница преклонных лет уволилась со скандалом. Дети перестали делать домашние задания, пожаловались отцу, знаменитому баскетболисту, и сказали, что больше на уроки ходить не будут.

На капризных иностранцев было не угодить. Педагоги менялись как перчатки. Сейчас уже был третий преподаватель царицы наук за два года и пятый по английскому. Учителя шли на уроки как на эшафот…

Ольга только вышла из декрета. В конце февраля новых учеников набрать сложно: все уже где-то занимались. И приработок на пару-тройку месяцев до лета казался посланным свыше. Ольга, не раздумывая долго, согласилась. Предложение ей сделали в пятницу вечером, в субботу проверили дипломы, отдали учебники на подготовку. А в понедельник в девять утра она уже сидела за партой напротив вертлявой десятилетней уроженки Бразилии, обезьянки с оливковой кожей и волосами спиральками, в очках, со сложно запоминаемым именем Галиен.

Ее старший брат Габриель, высокий для своего возраста, очень серьезный, с хорошим зрением. Он говорил немного жеманно, нараспев растягивая гласные. Его движения были мягкие, словно танцевальные па. Именно из-за него обычно меняли преподавателей…

С первого урока Габриель придирался к Ольгиному произношению и грамматике.

— Вы говорите на другом языке. Мы учим американский английский, а вы говорите на британском.

Конечно же, думала Ольга, как Американский и Британский – это два совершенно разных языка, Американский английский отличался от британского как минимум написанием слова  «Color».

— Вы знаете, мы говорим на разных языках, но язык цифр везде одинаков.

Маленькие бразильцы так мило смягчали на итальянский манер «л». И скоро Ольга уже смягчала «л» как они, попускала межзубный звук, иными словами говорила по-английски как настоящая бразильянка, которой никогда не была…

Другая культура, другие дети. Они уехали из Бразилии, когда Галиен было два, а Габриелю четыре. По-английски говорили лучше, чем на родном языке… Их мать осталась в Бразилии. Она работала парикмахером, уже снова вышла замуж и родила ребенка. Они видели мать пару месяцев в году на каникулах. Отец Жоазиньо работал по контракту в российском баскетбольном клубе и был постоянно на тренировках, он женился на русской и успел получить гражданство. Лицо Жоазиньо белозубо сияло с многих рекламных щитов города: «Я работаю и лечусь в России». Двадцатитрехлетняя мачеха, бывшая московская модель, возилась с двухмесячной сестричкой.

Как потерянные птенцы, оторванные от матери, от родины. Часто, когда вспоминали о Бразилии, они начинали плакать…

В частной школе работали только женщины. Мужчины не приживались. Преподавательница русского языка Дина Абрамовна, эмигрантка из Казахстана, не стеснялась в выражениях: «Дети дикие, только с пальмы слезли… Лишь о танцах-шманцах и думают! Столько денег на одежду тратят! Кошмар! Ольга Валерьевна, Вы хотите их в театр отвезти, на балет? Побойтесь Бога! Они этого не понимают…вот в цирк, в зоопарк, куда ни шло…Галиен хоть не на пальцах считает…уже прогресс. Габриель посильнее, но вообще неуправляемый. На самом деле никому они не нужны… Детей отправляют в школу, чтобы ими не заниматься. Чтобы дома под ногами не путались. Они иногда учатся на праздники, в выходные….Но вы знаете, жалко их. Мать от них отказалась. Отец с утра до вечера в спортзале. По-русски не говорят, друзей среди сверстников нет. Мы все, что у них есть!»…

Начались рабочие будни. Сперва занималась полтора часа Галиен, потом Габриель. Работа легче обычного. Не выпускные классы. Один на один. Много часов….Интересные дети…. Оксфордские учебники. Проверка домашнего задания, иногда готового, иногда не очень… Бесконечное вдалбывание материала…Знания, утекающие сквозь пальцы без постоянного повторения… Оценки в дневнике для родителей, иногда справедливые, иногда завышенные. Дрессировка настойчиво забываемой таблицей умножения. Ежедневная борьба с калькулятором под партой. Стандартные: «Пожалуйста, не ставьте два. Я все сделаю завтра». Кормление обещаниями, иногда выполненными, иногда нет… Забытые тетради и дневники. Болезни именно в день тематической контрольной… В обучении бразильцы не особо отличались от русских школьников.

Габриель старательный, упорный, немного трудный. Он периодически обезоруживал Ольгу проницательными вопросами, которые за семь лет преподавания еще не задавал никто:

— Вы пишете рассказы?… Вы же математик? А почему нельзя делить на ноль? Ну почему?

И как Оле объяснить этому маленькому чужестранцу, плохо говорящему по-русски, что математика конечна, а литература бесконечна! Что математика искусственна. Если математический закон где-то не работает, это просто запрещают… Якобы так нельзя делать…Нельзя делить на ноль, нельзя извлекать корень из отрицательного числа… Ольгу называли «матерым математиком» в университете.

Чтобы найти общий язык с бразильцами, подобрать к ним ключик, Ольга решила тоже сесть за парту. «Если я их учу математике, пусть и они меня будут чему-то учить. Например, португальскому. Одно слово за урок, «A word in Spanish», как в песне Элтона Джона, и к концу учебного года я буду немного говорить по-португальски. Одно слово за урок… Я думаю, что это я их учу, а  на самом деле – это они меня».

Они весело начинали уроки с приветствий.

— Доброе утро. Как дела?

— Хорошо. Слово по-испански?

Габриель привычно поправлял:

— Это не испанский, а португальский. Бразильский португальский. Не Португальский вариант, а бразильский.

— Конечно, конечно, бразильский португальский.

Галиен терпеливо нянчилась с Олиным португальским, спрашивала выученные слова. Когда преподавательница отвечала правильно, Галиен расцветала, словно получала хорошую оценку, или примеряла новую кофточку: «Галиени, ты будешь хорошей учительницей.

У Галиен никакой концентрации, она переходила на веселые португальские перерывы несколько раз за урок. Габриеля португальский только отвлекал от математики.

Однажды он не к месту спросил:

— Кто Вы для нас?

— Я ваш учитель математики …

— Но нам больше нужен друг …

Три месяца пролетели как неделя. Учебный год близился к концу. Словарный запас португальского увеличен. Учебники практически закончены. У Галиен с опозданием, у Габриеля с опережением.  Наступали на пятки итоговые контрольные и финальные тесты…

—   Подготовься! – последние слова наставления перед годовой контрольной.

—  Я рожден подготовленным, – Габриель за словом в карман не лез.

—   Ты рожден подготовленным для тестов по математике?

—   Габриель усмехался:

—   Сорок минут – пять задач? Легко!

—   Просто подготовься!

Директор школы Владимир Александрович. Mr Vlad, как называли его бразильцы, иногда заходил на уроки. Особенно часто на занятия Габриеля. Задавал уместные вопросы:

—   Как она сегодня?

—    Она … Вы имели в виду он?

— Да, конечно… — Владимир Александрович закашлялся…- Он еще не знает себя, он слишком молод. Как ее… его домашнее задание? — Он опять оговорился…

— Все в порядке. Всего лишь несколько ошибок …

Владимир Александрович, среднего роста, седой за пятьдесят, «сушеный интеллектуал» как называли его коллеги, был женат и воспитывал дочь, на него похожую. С женой жил плохо, об их скандалах ходили легенды…

Mr Vlad учил немецкий. По-английски говорил с ошибками. Его английский вызывал смех не только преподавателей, но и воспитанников. За спиной в учительской звучали злорадное шушукание: «Так пыжится, Бедненький. Ничего же не понимает. Он немец! А сидит с таким умным лицом, пыхтит. Смехота, да и только! За много лет мог бы английским и овладеть!»

«Жмотяра – вот кто он такой! Преподавать русский на английском и получить меньше чем за час в школе. Весь его бизнес только  на этих бразильцах и держится. Знаете, сколько за них платят, преподы не получают и половины! Он бывшую математичку держал, потому что она была ему материально выгодна! А она дуб дубом!» Дина Абрамовна  нарочито громко стучала по столу кулаком. – «Даже образования у нее нет. Она их так запугала! До слез Габриеля доводила! Шеф потакал всем их прихотям. Преподов менял по первому слову. Этот не нравится – тот!. А эту училку долго держал, пока дети сами к отцу не пришли и не сказали, что в школу больше не придут!»

«Вообще шеф им очень помогает. Квартиру нашел поблизости. Занимается их здоровьем. Досугом. По развлекательным центрам водит…Вхож в дом. Часто у них бывает, друг отца. По слухам отец их из такой нищеты вышел, представить сложно…А сейчас миллионер, он за месяц зарабатывает больше, чем я за год! Всего в жизни добился сам… Мачехе они не нужны, у нее грудной ребенок на руках. А шеф с ними как нянька возится»…

Директор выразил желание сидеть на всех итоговых контрольных.

Габриель новость воспринял в штыки:

— Пожалуйста, мисс Ольга, не позволяйте мистеру Владу сидеть на моем тесте.

— Почему? … Хорошо, но мисс Дина все равно будет здесь вместо него.

— Она без проблем.

Директор как всегда зашел в конце урока.

—  Не могли бы вы позволить мисс Дине сидеть на экзамене Габриеля? Он так нервничал, когда вы входите в комнату … Я не уверена в результатах…

—  Так он нервничает, когда я захожу в комнату? — Владимир Александрович от волнения даже перешел на русский.

Довольный, он вернулся в учительскую. Раздался радостный смех: «Так он нервничает! …»

Габриель посмотрел на Ольгу, как на предательницу…

— Что вы наделали? Почему вы это сказали?

— В чем дело?

Но через секунду он опять был весел…

— Нет, все в порядке.

В начале июня контрольные были написаны, оценки поставлены, ученики и родители довольны. Вопрос с Ольгиным трудоустройством не решен. Муж был против благотворительности в пользу Бразилии… Платили позорно мало. Обсудив условия с Владимиром Александровичем, Ольга решила не продлевать контракт.

На последних уроках она в присутствии директора печально сообщила, что не сможет остаться.

Галиен слегка загрустила….Габриель всполошился:

— Мисс Ольга, пожалуйста, не уходите. Я всегда буду делать  домашнее задание, я обещаю. Я буду присматривать за Галиен. Я буду стараться на тестах… Пожалуйста …

Владимир Александрович стоял неподалеку, улыбался, его синие глаза мерцали холодным блеском.   Он протянут руку к двери.

— Пусть мисс Ольга сама решает… Пусть едет домой …

Что же ждало Ольгу дома? Непонимание мужа. Битва, которую она, как обычно, выиграет. Его аргументы, что нужно заниматься своим ребенком, а не сдавать его нянькам и ехать преподавать иностранцам, которые даже не платят нормально, она разобьет в пух и прах. Муж переедет на диван. В семейной жизни воцарится молчание на многие месяцы…Муж долго не простит, что она подпишет постоянный контракт с легионерами…

Муж не поймет, почему она будет ходить с ними по музеям, зоопаркам и выставкам. Всегда вчетвером: Mr Vlad, Габриель, Галиен, и Ольга. Она станет их неизменным спутником…смягчая неловкие моменты, переводя все намеки в шутку…

А потом, годы спустя, она часто будет вспоминать этого одинокого двенадцатилетнего бразильского мальчика, смерть в его глазах:  «Мисс Ольга. Пожалуйста, не уходите». И старого гомосексуалиста у него за спиной….

Октябрь 2015

Вам понравилось?
Поделитесь этой статьей!

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.1