Из книги «ЛЮДИ И БОГИ»

(1932–2009)
К 80-летию со дня рождения

В издательстве «Время» вышла легендарная книга Юрия Влодова «Люди и боги».

Это главная книга Юрия Влодова. Он начал писать стихи для нее в середине 70-х и продолжал потом всю оставшуюся жизнь, пополняя ее несчетным количеством стихотворений.
В предлагаемой подборке лишь часть творений из этой книги.
О чем она? О Боге и Дьяволе, о Христе и Иуде, а также о евангельской блуднице Марии-Магдалине. О вечных вопросах: любви и ненависти, преданности и предательстве, жизни и смерти. О взаимоотношениях Бога и человека, Бога и Дьявола, различных коллизиях и перипетиях судеб земных и судеб небесных.
Это грандиозная эпопея, некое досье на человечество, а также, как ни странно, и на Бога. Это своеобразная Библия, Евангелие от Влодова. Может, по этим стихам и будут судить человечество на Страшном суде. А может, это некое новое Евангелие для новой жизни?

ПРЕДКНИЖЬЕ.
«Я ЗАГЛЯНУЛ В ЗЕРЦАЛО БЫТИЯ…»

* * *

Я заглянул в зерцало Бытия…
Прозрачный звон слегка коснулся слуха…
Чу! – за спиной стояла побируха!
«Ты – Смерть моя?» – едва промолвил я.
«Я – Жизнь твоя…» – прошамкала старуха.

* * *

Кто толчется у дверей? –
Шито-крыто, как еврей?
Кто там круть, да верть?
Ты, подруга Смерть?

«Не боись, что я с косой,
Не дичись, что глаз косой…
Я не Смерть, а Жизнь!..
Что, признал, кажись?!..»

* * *

Мне назойливая муха надоела,
До отвала попила меня, поела,
И над ухом, ненасытная, жужжит…
Мне противно, я устал, как Вечный жид.

Кто-то сзади кашлянул и молвил глухо:
«Отче правый! Ну какая это муха?
Вас послушаешь – хоть со смеху ложись!
Это Жизнь, мой неразумный! Это – Жизнь!»

* * *

Я ворону крикнул: «Здорово, старик!»
Но ворон степной не услышал мой крик.

Я крикнул утесу: «Здорово, старик!»
Гранитного слуха не тронул мой крик.

Я солнышку крикнул: «Будь славен твой век!»
И ветер ответил: «Молчи, человек!»

* * *

Бурый ворон! Пропащая птица!
Сердце сковано высью.
За веками размыта граница
Между смертью и мыслью…

Жизнь – долга. Да и степь – не короче.
Страшен крест милосердья!..
Смертной пленкой подернуты очи…
Пропадешь от бессмертья!

* * *

Обшарпан и нелеп, как силосная башня,
Незрячий вопросил: «А что там, за холмом?»
Чур, знаю – не скажу. Но, ежели с умом,
Не всё ли нам равно, а что там – за холмом? –
Не ведает никто… Наверно, просто – пашня…

* * *

«Как хороша над морем лунность!» 
Вздыхала юность.

«Я пью за дружество и смелость!» 
Басила зрелость.

«Умрете все!»  глотая ярость,
Шипела старость.

* * *

Среди катастроф и смещений
И прочих космических дел,
Витает лирический гений, –
Какой допотопный предел!

Осины осенняя алость…
Овражек звенит ключево…
Попробуй убрать эту малость,
И в Космосе нет – ничего.

* * *

Считай судьбу наукой! –
Чу! – средь ночных миров
Ты подтверждаешь мукой,
Что жив ты и здоров.

Ты должен свежей болью
Примять былую боль…
Присыпать раны солью…
Не в том ли жизни соль?!..

* * *

Со скоростью света наука
Ворвется в трехтысячный год.
А древность со скоростью звука
Конечно же, в Лету падет.

Но ты содрогнешься, потомок,
Когда через сердце твое
Державинской оды обломок
Пройдет, как живое копье!

* * *

Торчало солнце смешным бугром.
Был лес, как витязь, рекой обвязан.
Но в ясном небе прогаркал гром:
«Рожденный ползать – взлететь обязан!!..»

Рванулся к небу ползучий гад!
Прижала гада земная сила!
Цикады прянули наугад…
Лягуха в травах заколесила…

Не дай нам, небо, земных наград!

* * *

Судьба Венере обрубила руки,
Чтоб не ласкала смуглого подпаска,
Чтоб не хлебнула бабьего позора,
Чтоб не стонала: «Я – твоя рабыня!..»

* * *

Венера ударила Бога! –
За то, что лобзался убого.

Венера ударила черта! –
За то, что трезал непритерто.

За вечные женские муки
Отсохли Венерины руки.

* * *

Причастный тайнам, плакал ребенок.
А. Блок

Природы звериного слуха
Коснулся полночный покой,
Когда серебристое брюхо
Провисло над черной Окой.

Сопели зубатые в норах,
Храпели подпаски в кустах,
Солдаты, хранящие порох,
Клевали на эн-ских постах.

И только презренная рыба,
Брыластый, напыщенный сом,
Как некая гибкая глыба,
Возникла в свеченье косом.

И молча вбирали друг друга,
К сторонним делам не спеша,
Душа серебристого круга
И спящей планеты душа.

А в куче пахучих пеленок,
В лесной деревеньке Сычи,
Причастный всем тайнам ребенок,
Заухал, зашелся в ночи!…

* * *

Алкаш в этот вечер не принял ни грамма.
Развратник постился под сводами храма.
Безрукий до хруста постельницу стиснул.
Безногий притопнул и дико присвистнул.
Немтырь проорал мировую хулу.
Слепец в поднебесье заметил юлу,
Манящую смутным небесным приветом,
Воспетую неким бездомным поэтом…
А мудрый прохожий решил, что она,
Всего лишь – луна…

* * *

Пустыню искрами осыпал НЛО!..
Ночная мгла забилась, как в падучей!..
Запела Соломоновой пастушкой,
Заплакала подраненным ребенком,
Разбойником безбожным рассвисталась!..
Крысиный писк растаял в пыльном небе…
Сухая пыль осыпалась во тьме…

Иуда от подземного толчка проснулся,
Замычал от скотской боли,
Оперся на руки: о-о! Два тупых гвоздя
Торчали в очугунненых запястьях!
Хотел вскочить: о! каждая ступня
Пылала, точно чертово копыто!
Как если б капли олова прожгли
И шкуру, и растянутые жилы…
Он сипло возопил: «Я трижды прав!
Ты – лицемер! Ты – подлый искуситель!
Трусливый и разнузданный ханжа!..»
И рухнул, омываясь липким потом,
И терся лбом о скомканное ложе…
Заметил на подушке  кровь, а не пот,
Кровь, а не пот! И потерял сознанье!..
И захрипел… И где-то взвыл кобель…

Я счастлив, мой тринадцатый апостол!
По-школьному, незрячая любовь…
Прощаю слепоту и глухоту,
Твой бред ночной улыбкой отгоняю,
Целую руки исказненные твои,
Ступни твои дыханьем охлаждаю…
К тому же не забудь, что НЛО,
Лишь плоская вселенская тарелка
Из плоских местечковых анекдотов!
А я – увы! программа НЛО! 
Я  вымысел носатого народа!
А разве можно вымысел предать?
И нет гвоздей в твоих запястьях детских…
И ноженьки усталые стройны…
Спи, мой дружок, все будет хорошо!
А я подсяду к старому торшеру
И закурю. И все начну сначала.

Пустыню искрами осыпал НЛО!..

ГОМЕР, БЕТХОВЕН, ПРИРОДА И АВТОР

Природа слепа,
Как всевидящий мастер Гомер.
Природа глуха,
Как всеслышащий мастер Бетховен.

Гомер  незряч. От жизни отлучен.
И потому Христа провидит он.
Он только написать его не смеет
(Быть может и захочет  не сумеет)…
Христос на раны круто сыплет соль,
Черны речей подземные ключи,
Вокруг него растет из боли боль,
И в страхе суетятся палачи.

Бетховен, так сказать, безбожно глух! –
А потому имеет высший слух!
И он импровизирует Христа…
Журчат речей арычные ключи…
Душа Христа  расхристанно проста,
И от души смеются палачи…

Слепа, глуха, но дерзостна Природа! 
«Пришелец тот был неземного рода!
Не зря трещали сполохи в ночи!..
Всё было, есть и будет  под вопросом!..
Но знайте: под мистическим гипнозом
Бессмертный крест вбивали палачи!..»

А где же автор?  что добавит он?..
…Родился я и погрузился в сон…
Я был своим рожденьем изнурен и усыплен…
Судьбы моей орбита мерцала, как молочная река…
Но видел я  сквозь веки сквозь века 
Тебя, иконописная доска! 
Безвольное лицо гермофродита
С отметиной проказной у виска…
И он предостерег меня перстом!..
И понял!.. Но это все  потом…

* * *

Над пышностью искусств, над сухостью наук,
Как будто где-то вне…в абстракции…вдали…
Вселенство во плоти, настырно, как паук,
Сосет из года в год живую кровь Земли…
Спаси людей, любовь, от непотребных мук! –
От жизни исцели! – от смерти исцели!…

Публикация Людмилы Осокиной (Влодовой).

Вам понравилось?
Поделитесь этой статьей!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.1