«ERIK»

К 70-летию подвига датчан,
спасавших евреев

Не часто встречаются люди, готовые по-человечески разбираться в житейских ситуациях эмигрантов, давать правильные советы, писать толковые письма. Курт, бывший чиновник социального ведомства – редкое исключение. Многие благодаря ему избежали больших и малых бед – а это дорогого стоит! Выйдя на пенсию, продолжает помогать людям, такой уж человек! Раз в месяц садится за руль микроавтобуса от Евангелической церкви и с двумя-тремя коллегами развозит горячий кофе, бутерброды, тёплую одежду бездомным в места их ночёвок. Даёт наставления, где они могут помыться, получить медицинскую и иную помощь.
Наконец, осуществил давнюю мечту – приобрёл судно, старый (1931г. постройки) рыболовный сейнер из Дании – «Erik». И теперь всё свободное время проводит на Эльбе, занимаясь ремонтом, рыбалкой, наблюдением природы. Его жена Хайди, приятная женщина с доброй улыбкой, ещё работает. Во время её отпуска они отправляются в плавание. Географическая карта Европы сплошь покрыта сеткой рек и каналов, можно посетить любое место.
Мы давно знакомы, и, когда литературное объединение наметило выпуск сборника воспоминаний русских и немецких авторов, переживших войну, предложил подключиться и Курту. Когда его заметки были готовы, я взялся перевести их на русский. Однажды мне понадобились некоторые пояснения, и он назначил рандеву на левом берегу Эльбы в Харбурге.
Погожим майским днём я появился на пирсе небольшого судоремонтного заводика. Рядом по железнодорожному мосту проносились электрички, визжали и грохотали ремонтные механизмы, резко кричали вездесущие чайки – деловая обстановка соответствовала тому, чем Курт занимался – ремонтом двигателя. Он оторвался от дела и приветствовал меня поднятыми вверх замасленными руками. Первое впечатление от человека среднего роста с лохматой седой шевелюрой, бородой и усами, с красным обветренным лицом – вернувшийся со льдины полярник. Носит большие круглые очки, сквозь которые на тебя глядят серые добрые глаза.
— Пока я отмываюсь, не теряй времени и осмотри корабль! – крикнул Курт, уходя в заводскую душевую.
Новый хозяин перестроил сейнер по своему вкусу: устроил спальную каюту в носовой части, кают-компанию — в центре. Есть печка, так что не страшно ночевать и зимой, когда в морозы приходится обкалывать лёд вокруг деревянного корпуса. В тесную рубку вход с палубы, вплотную к ней – мачта с парусом. Одноцилиндровый дизельный мотор объёмом в 14 литров имеет мощность всего 36 л.с. и довольно сложен в запуске.

— Послушай, – поинтересовался я, когда Курт вернулся, — зачем ты купил такую старую посудину? По-моему, ей место на свалке, а мотору – в техническом музее!
— Старая посудина, говоришь? – задумчиво повторил он. – Это верно, только место ей не там, где ты предлагаешь!
После некоторой паузы Курт пояснил свою мысль:
— Ты же, наверное, слышал о спасении датских евреев?
— Конечно, я читал об этом.
— Вот, послушай что рассказал мне прежний хозяин, знающий историю не из книжек, как ты, а от своего отца-рыбака, участника этого дела.
Волны слегка покачивали судно, лёгкий ветерок развевал флаг на мачте, и, казалось, «Erik» желает счастливого плавания и семь футов под килем морякам проходящих мимо теплоходов. Хозяин пригласил меня на борт, откупорил бутылку Шерри и не спеша приступил к рассказу.
Во время войны лишь Дания и Болгария спасали евреев, да ещё Финляндия не позволила фашистским союзникам притеснять своих граждан иудейского вероисповедания. Правительство Дании не желало слышать о расовых законах ни в какой форме. Три года различные датские учреждения защищали евреев. К досаде фашистов, в этой стране «окончательное решение» откладывалось.
К осени 1943 года Германия занимала ещё большую часть Европы, но уже терпела поражения на всех фронтах: Сталинград, Курская дуга, Эль Аламейн, высадка союзников в Италии, после чего та капитулировала, битва за Атлантику, бомбардировка северогерманских городов. Когда в Дании участились случаи саботажа с поставками продовольствия для вермахта, нацисты отправили в отставку местное правительство и объявили в стране чрезвычайное положение. Гестапо решило отличиться хотя бы в депортации безоружных евреев. 28 сентября 1943 года поступил приказ из Берлина о проведении в ночь с 1 на 2 октября соответствующей акции. Немецкий морской атташе в Копенгагене Георг Фердинанд Дуквиц, член НСДАП и тайный агент АБВЕРа, известил лидеров социал-демократов: через три дня в Данию придут немецкие корабли, чтобы увезти евреев в лагеря уничтожения. Этих 72 часов хватило, чтобы опередить немцев и сорвать их планы. Священники, врачи, учителя, студенты помогали евреям укрываться в церквях, больницах, моргах, а затем добираться в рыбачьи деревни по всему побережью. Датская полиция и береговая охрана симпатизировали евреям и устранялись от помощи оккупантам. Главную роль в спасении людей сыграли рыбаки. Октябрь – сезонный месяц ловли сельди, поэтому частые ночные выходы в море не были чем-то особенным. Опасность таилась в немецких морских патрулях в прибрежной зоне. Рыбаки очень рисковали, поэтому заламывали за перевозку высокую цену. Обычно место в лодке стоило 2 тыс. датских крон, что равнялось годовой зарплате квалифицированного инженера. Но, порой уже в море, цена возрастала, и беженцам ничего не оставалось, как соглашаться. Если денег не было – давали расписки. Но известны случаи, когда людей перевозили и бесплатно.
Несколько перегруженных лодок утонули вместе с пассажирами и рыбаками. И всё-таки более 7000 евреев достигли безопасных шведскиех берегов! Адольф Эйхман вынужден был примириться с неудачей. 57 рыбаков арестовали, бросили в тюрьмы и концлагеря, 481 человека гестапо удалось схватить и отправить в Терезиенштадт. Спасение людей вошло в историю как спонтанное, никем не организованное, благородное дело всего датского народа.
— Теперь ты понял, в каком музее «Эрику» место?
Потрясённый услышанным, ответил:
— Конечно, в иерусалимском музее «Яд Вашем»!
— Правильно, тем более, что одна датская лодка там уже есть! Вот почему мне так дорог «Эрик», а ты говоришь: «на свалку его»! Как можно с таким праведником расстаться?
Я с почтением погладил шершавый борт сейнера-ветерана и мысленно перенёсся в то страшное время, когда по ночам, с десятком взрослых и пятью детьми, больше на суда такого класса не помещалось, он с потушенными огнями пересекал пролив, отделяющий Данию от Швеции. Для маскировки сверху на людей набрасывались рыболовные сети. Переход длился не менее десяти часов, можно представить себе, что это были за часы!
— Что весьма показательно для датчан, — закончил Курт свой рассказ, — большинство домов и имущество беженцев сохранились нетронутыми, соседи даже цветы поливали. В 50-е годы бывший морской атташе Георг Фердинанд Дуквиц (1904 – 73) стал послом ФРГ в Дании.
Не знаю, как объяснить, но почему-то всякий раз при виде сейнера, участника героической эпопеи, меня охватывает трепет и не покидает чувство восхищения, как в музее у древнего экспоната или прекрасной картины. Невольно представляю сегодняшнего Курта за штурвалом в том октябре 1943 года, и не сомневаюсь, доведись ему быть в том месте в то время – он бы тоже спасал людей!

Гамбург, январь 2013 г.

Вам понравилось?
Поделитесь этой статьей!

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.1