Среди дождя. Несколько историй про Алису и Гену (окончание).

Невесело сделалось за столом после истории Анны. Настала очередь рассказа Льва, но он как-то задумался, ушел в себя, и я решил заполнить неловкую паузу.

— Я, — говорю, — встретил старого приятеля, который рассказал, что получил известие о своем исчезнувшем коте по имени Ефимов. Известие из Словакии, а перед этим кот посетил Италию.

— Да, что ты! Оперному искусству ездил учиться или живописи? — поддержала мою задумку Алиса. — Поведай, Гена, нам эту романтическую историю.

— Скучновато будет, если я только от человеческого лица поведаю. Смоделирую историю еще от морды кота.

Ремешок

— Какой-то кот незнакомый. Вроде не «бомж». Что он в нашем дворе высматривает? Наверное, в гости пришел, и с номерами домов никак не разберется. Конечно, думают только о себе! Таблички почти под крышами прикрепили, а до домофонной кнопки лапой не дотянешься, — размышлял Ефимов, сидя на подоконнике. — Да, еще наставили горшков с кактусами, к окну не подойдешь. Ходишь в своей квартире по стенке, а на кухню вообще не зайди.

— Котик наш, как с дачи приехали, только и делает, что у окна сидит и грустит. Наверное, кошечку эту серенькую вспоминает, — вздохнула бабушка.

— Вот возьму веник, — начал дед.

— В тапку наделаю, — подумал Ефимов и даже не повернулся.

— И грусть-тоску по комнатам погоняю, — продолжил дед.

— Во вторую тапку наделаю, — дополнил мысль Ефимов.

— Время жрать ему приходит, и тоска его проходит, — продекламировал дед.

— Ну, прямо Пушкин, Александр Сергеевич. Только из-за бабушки его терплю. Давно бы из дома выгнал. Пусть бы потом скребся в дверь, и на коврике за порогом стишки свои сочинял.

— У него ведь тоже сердце есть! — сказала бабушка.

— Правильно, правильно, бабушка, — одобрил Ефимов.

— И пузо ненасытное! — добавил дед.

— Куском хлеба, нет рыбки, попрекает, — пригорюнился Ефимов.

— Иди сюда, Ефимов! — позвала бабушка. Не слушай ты этого вредного деда. Посмотри, какие славные кошечки хотят с тобой познакомиться!

Бабушка сидела за компьютером, и перебирала фотографии кошек. Ефимов запрыгнул бабушке на колени.

— Вот Салли из Далласа! Хозяйка пишет, что очень ласковая и из дома ни на шаг.

— Ну, что ты бабушка! Очки надень. Вон, какая сарделька. Глаза от жира заплыли. С дивана слезть не может, поэтому «из дома ни на шаг». Репа в фотографию не влезает. Да и в Далласе этом Джона Кеннеди убили. Президента застрелили, а простого кота вывернут мехом внутрь, и кока-колой запьют.

— Не понравилась! Тогда вот рыженькая из Лиона, очень игривая, зовут Лаура.

— Бабушка, протри очки. Эта рыжая стерва поцарапает, покусает и все мои любимые игрушки отберет. Розовых бегемотов Пикселя и Какселя, желтого Покемона, кота Гиальмара. Подушечку мою с Микки-Маусом. Чашечку для еды с моей фотографией и кружечку для водички… Да и лягушки с улитками не по мне.

— Что ты пригорюнился, Ефимов. Никуда мы еще не поехали, только выбираем. Вот Бьюми, кошечка из Италии. Любит свежесваренных креветочек.

— Креветочек? Это которые на маленьких раков похожи? — уточнил Ефимов.

— Вижу, понравилась тебе Бьюми. Сейчас напишу хозяйке, надо только фотографию твою приложить.

— Дед, сфотографируй Ефимова! — попросила бабушка.

— Давай на фоне веника, — загорелся дед, — или лучше пустого холодильника, чтоб все владельцы кошек знали: приедет Ефимов и все сожрет.

— Лучше я сама, а то ты наснимаешь, — бабушка достала смартфон. — Забирайся Ефимов на диван.

— Так, предлагаю следующую фотосессию: Ефимов с триколором, Ефимов с русско-итальянским словарем, Ефимов с микрофоном для караоке, Ефимов в майке Скуадра Адзурра смотрит футбол, Ефимов трескает красную икру из хрустальной салатницы, — предложил дед.

— Ох, беда с этим старым озорником! — бабушка вложила Ефимову в лапы матрешку.

— Ну, так не сватаются! — дед пристроил возле матрешки бутылку водки. — Жаль, балалайки нет. Матрочка, уодка, баляляйка, — невесело произнес дед. Да ладно, снимай!

— Бабушка, — Ефимов мягко поскреб лапой по бабушкиным тапкам, — может из Италии уже ответ пришел.

— Сейчас посмотрю, мой хороший, — бабушка пробежала пальцами по клавиатуре. — Точно, есть послание, и к нему приложена фотография.

— Ну, читай, — дед уселся на диван и приготовился слушать.

— Buongiorno signora! Ci e piaciuto molto il Suo gattino… — начала бабушка.

Дед и Ефимов переглянулись.

— Ты кому это читаешь? — прервал дед.

— Ах! Ну, да, — спохватилась бабушка, — сейчас переведу.

— Добрый день, сеньора. Нам очень понравился Ваш котик Ефимов. Особенно тете Розите (на фотографии в верхнем ряду, третья слева в солнечных очках), а ее муж Альберто (второй ряд, четвертый справа в соломенной шляпе) очень любит русскую водку, говорит, что она лучше, чем виски или ром. Альберто очень хотел стоять рядом с супругой, но мы побоялись, что он проломит стул. Родственники в третьем ряду стоят на стульях, которые мы взяли у наших соседей Джаннини. У них нет кошки, и хорошо, что нет, потому, что их дочь настоящая маленькая бандитка. Однажды она накормила песком Бьюми, а потом…

— Вот учись у ребенка, — вклинился дед. — Что зря калории переводить? Государственный ум. Рядом с нами стройка. Наберем песка, просеем через сито: Ефимову на всю жизнь хватит.

Ефимов укоризненно посмотрел на деда, а бабушка отмахнулась и продолжила чтение.

— Я выбежала на истошное мяуканье нашей кошечки, которая взлетала на качелях прямо в небо.

— Очень добрая девочка, — опять влез дед, — и накормила, и развлекла. Могла бы и карусель устроить: схватить за хвост и крутить по кругу.

— Бьюми теперь гуляет только в пределах нашего дворика. Но, не будем о грустном. Сеньора, извините за интимный вопрос, — бабушка замялась, подбирая слова.

— Да, выкладывай! Все свои. Долго мне на диване сидеть? — заторопил дед.

— Не стерилизован ли Ваш котик?

— Здрасте Вам, вместе с Вашей тетей! У нас полдома — родня по Ефимовской линии. Что ни котенок, то почти точная копия нашего обормота. Прямо стыдно кошкам в глаза смотреть.

— Дед! — запротестовал Ефимов. — Прошу не вмешиваться в мою личную жизнь.

— Ну, что ты наговариваешь, — вступилась бабушка, он в последнее время даже не выходит гулять.

— Потому и не выходит, что от жен и детей прячется. Казанова доморощенный!

Бабушка не стала дальше слушать дедовы россказни.

— Дело в том, сеньора, что Бьюми очень страдает из-за отсутствия мужа. Вопрос с детками, если они будут, я решу: в нашем городке все дома старые, и многих жителей донимают мыши. Моя семья готова оплатить Ваш авиаперелет из Италии, и у нас есть гостевая комната, окна которой выходят в тихий дворик. Но, если Вы предпочитаете вечернее одиночество, то в нескольких минутах ходьбы находится маленькая и недорогая гостиница. С нетерпением ждем ответа. Всегда Ваши. Бьюми, Стефания…

— Ну, и дальше длинный список родни, — закончила чтение бабушка.

— Так, — назидательно начал дед, — напиши Стефании, что брак должен быть законным. Наш Ефимов — не племенной бычок!

— Да! — впервые поддакнул деду Ефимов.

— Регистрация брака в мэрии, через пару-тройку лет гражданство, а потом воссоединение семьи: тебя и меня с Ефимовым. Как переберемся, будем зарабатывать на жизнь пением: ходить по итальянским дворам и петь песню а-ля Матвиенко: «Мы пойдем с конем по полю вдвоем…». А в нашем варианте «Мы плывем с котом, море за бортом. Мы плывем по морю втроем…». Выдадим Ефимову кепку, чтобы евро собирал.

Месяц прошел в непрерывной беготне. Бабушка отвезла Ефимова в ветеринарную клинику, где ему ввели микрочип и сделали прививку. Дед купил пластиковую переноску, чтобы Ефимов мог лететь в самолете. Накануне отъезда в Италию опять поехали к ветеринару.

— Бабушка, хватит меня колоть, — пожаловался Ефимов. — Я кот, а не наркот.

— Потерпи, мой хороший, — погладила Ефимова бабушка, — иначе не дадут нам бумажку.

— А без бумажки мы-ка… — начал дед.

— Букашки, — завершила бабушка.

Наконец наступил день вылета. Бабушку и Ефимова провожал дед.

— Ну, Ефимов, — сказал на прощание дед, — хорошо, что не в Австралию летишь, а то не успел бы мяукнуть, как обстригли бы тебя как барана. Береги бабушку. Отбей СМС, как приземлитесь.

— Не волнуйся, деда. Мы своих не бросаем, — успокоил Ефимов.

В самолете бабушка села у иллюминатора, а переноску с Ефимовым поместила возле своих ног. Рядом плюхнулся упитанный мужчина с тощей, как газета женой, которую он поместил возле прохода.

— Возят всяких мохнатых тварей, а у меня аллергия, — произнес мужчина, обращаясь к жене.

— А у меня аллергия на брюзгливых и потных, облитых одеколоном, — заметила бабушка, обращаясь к Ефимову.

— Выпусти меня, бабушка, — зашипел Ефимов. Я этому пузану из брюк шорты сделаю, а из пиджака — безрукавку.

Мужчина нажал на кнопку вызова.

— Пересадите нас от этой сладкой парочки! — заявил он подошедшей стюардессе.

Стюардесса растерянно окинула взглядом пассажиров.

— Мы хотим пересесть к Матроскину, — откликнулись две девушки, сидевшие с другой стороны прохода, как потом выяснилось студентки, будущие зоопсихологи.

Кругленькая, налысо стриженая девушка, после совершившегося обмена села посередине, а ее подруга с двумя рожками, закрученными из русых волос, с краю.

— Пеппа Пиг и Сьюзи Шип, — подумал Ефимов, иногда смотревший мультики, но вслух ничего не сказал.

Все три с половиной часа полета девушки болтали про психику животных и отвлекали бабушку от тревожных мыслей о предстоящей встрече. Ефимов был рад этому обстоятельству. Сам он ничуть не волновался.

Бабушка зря беспокоилась. Стефания с Бьюми на руках встречали их прямо в аэропорту. Обе оказались очень разговорчивыми. Ефимов не прислушивался к беседе бабушки и Стефании, пока два часа ехали на Фиате до маленького городка, тем более, что кроме родного языка, он хорошо знал только русский, на котором говорили бабушка и дед. Однако даже если бы Ефимов владел итальянским языком, все равно бы ничего не понял, потому что на заднем сидении рядом с ним сидела Бьюми, которая, размахивая лапами, непрерывно задавала вопросы.

— Как сказать по-русски мяу? У вас всегда холодно? Часто к вам медведи приходят?

Ефимов прямо устал отвечать. Наконец доехали до домика Стефании, где уже собралась многочисленная родня, которая принялась знакомиться и обниматься с бабушкой и Ефимовым. Из вежливости Ефимов посидел за праздничным столом, но, когда запели песни, он пошептался с Бьюми, а потом переглянулся с бабушкой.

— Конечно, сходите погуляйте, — сказала бабушка.

Интимные подробности этой истории нас не касаются. Ефимов с бабушкой пробыли в Италии неделю. Расставание с Бьюми далось тяжело, и даже дед по возвращении Ефимова, жалея его, не замечал мелкие безобразия. Через два месяца Стефания прислала фото, на которых Бьюми кормила трех еще слепых котят.

— Вот смотри, — сказала бабушка, показывая фото Ефимову. —
Это твои дети.

Зря она, наверное, показала это мимишное фото Ефимову. На следующий день он исчез. Везде искали, дали объявление. Безрезультатно, но еще через два месяца пришло электронное сообщение из Словакии от незнакомой девушки. Дело в том, что шею Ефимова во время прогулок охватывал ремешок, на котором было написано его имя, а также e-mail и телефон бабушки с дедом.

Нашла Ефимова голодного и усталого на улице в Братиславе. Когда кормила отстегнула ремешок. Пока разбирала надпись, он выпрыгнул в окно и убежал. Куда-то очень спешит. Ваша Nadege

— Мне, однозначно, понравился рассказ Владика, но Гена несколько изменил мой первоначальный замысел, — сообщил очнувшийся Лев. — Я, как бы, люблю юморески. Недавно попались на глаза две в электронном журнале. Там, типа, действие в Южных морях. В одной миниатюре женщина соглашается, отпустить своего мужчину на остров, при условии, что он оставит в залог нос, а в другой барабанщик племени и вождь обсуждают из кого сделать барабан.

Короче, не знаю, как там дальше автор собрался стебаться, а у меня нарисовался свой стеб.

— Только сленг не используй, пожалуйста, — попросила Дороти, — да, и этот словесный мусор «однозначно, как бы, короче».

Свадьба свинок (Рассказ Льва)

— Не получится хороший барабан из падрэ Антонио, — сообщил вождь Матаги. — У него на спине большая бородавка.

— Жалко, так хотел большой белый барабан, — покачал головой барабанщик Тау-Тити. — Зачем ты оч-ки на глаза положил? Кни-га будешь смотреть?

Матаги многозначительно промолчал, открыл очередной пухлый манускрипт, принесенный падрэ Антонио, и принялся водить пальцем по буквам.

— Что жуки говорят? — спросил Тау-Тити. — Почему они все калеки: у кого одна лапа, у кого две, со всеми лапами ни одного нет?

— Лапы им оторвали за то, что тихо-тихо брали ром падрэ Антонио. Сколько раз, столько лап нет.

Тау-Тити быстро спрятал руки за спину и изумленно уставился на вождя.

— Матаги все видит! — назидательно произнес вождь. — Взял ром, налей и Матаги!

— Праздник надо! — перевел разговор на правильную тему Тау-Тити. — Падрэ Антонио ром принесет, всем нальет, сам выпьет, упадет и нам еще достанется.

— Какой праздник? — заинтересовался вождь.

— Свадьба!!! — выпалил барабанщик.

— Где? — удивился Матаги.

— У тебя! — заявил Тау-Тити. — На другие свадьбы падрэ Антонио много ром не принесет.

— У меня три жены. Всех надо кормить. Не хочу четвертую! — заявил Матаги и печально продолжил. — Дочери вышли замуж за безносых. Уплыли на остров к Михоа. Внуки еще маленькие. С кем свадьбу делать?

— Ты забыл свою любимую свинью, с черным пятном возле уха? — заметил Тау-Тити.

— Никому ее не отдам! — грозно сказал Матаги и изумленно добавил. — Кто-то хочет стать мужем свиньи?

— Да, — спокойно ответил Тау-Тити. — Кабан.

— Чей кабан? — выдохнул вождь.

— Кабан падрэ Антонио! — отрапортовал барабанщик.

— Моя маленькая свинка и старый кабан Антонио? — возмутился Матаги.

— Он не старый! — возразил Тау-Тити. — Совсем молодой.

— Кто? Этот лысый Антонио? — завелся вождь.

— Нет, кабан, — уточнил барабанщик. — Ему года четыре.

— Рано свинке замуж, — уперся Матаги.

— Ладно, не отдадим свинку падрэ, — согласился Тау-Тити. — Ром выпьем и скажем — кабан больной. Чума. Пусть лечится до новой свадьбы. Иду к падрэ?

— Иди, — кивнул Матаги.

Тау-Тити застал Антонио в огороде. Падрэ ругался с кабаном.

— Черти тебя на сковородке зажарят! — кричал падрэ. — Весь урожай таро выкопал и сожрал.

Кабан молчал, не считая нужным отвечать разгневанному Антонио.

«Какая кабану разница, — подумал умный Тау-Тити, — кто его зажарит вместе с таро и сожрет, черти или падрэ Антонио».

— Не знаю, что с этим наглым кабаном делать? Может получится из него барабан? — продолжил падрэ, обращаясь к кабану, но так, чтобы слышал, пришедший Тау-Тити.

«Из тебя бы барабан получился», — отметил про себя Тау-Тити, но вслух сказал. — Я знаю, что делать! Женить!

— На ком? — опешил падрэ.

— На свинке вождя, — пояснил Тау-Тити.

— Когда? — заинтересовался падрэ.

— Завтра! Сколько мужчин прислать за ром? — уточнил Тау-Тити.

— Сам принесу, — решил сэкономить падрэ.

— А кто кабана потащит на свадьбу? — спросил Тау-Тити. — Никто кроме Антонио!

— Колдун будет? — вдруг спросил падрэ.

— Придет, — сказал умный Тау-Тити. — Ты прошлый раз большой синяк ему под глаз поставил.

— Пусть глупости не говорит, что белые люди дети белых свиней! — сердито сказал падрэ и, закатав рукава рясы, оголил громадные кулаки.

— Все люди — дети солнца, — сообщил Тау-Тити.

— Сын мой, — задумчиво произнес падрэ Антонио, — туман у тебя в голове. Надо его развеять! Пойдем выпьем рому, и я расскажу тебе откуда произошли люди.

Утром к хижине вождя медленно продвигалась процессия из трех персон. Барабанщик Тау-Тити левой рукой волок за ухо кабана, а в правой держал связку с бутылками. Кабан тащил на веревке падрэ Антонио, уцепившегося за нее двумя руками. Долгожданных гостей встречало все племя во главе с вождем. Слева от вождя стоял колдун, скорчивший насмешливую гримасу, а справа … стояла свинка с черным пятном возле уха — главная виновница торжества.

Увидев красавицу свинку, кабан рванулся к вождю, и прицепившийся к нему падрэ свалил колдуна с ног.

— Так, — удовлетворенно произнес падрэ, поднимаясь на ноги и отряхиваясь. — Перефразирую известную поговорку белых «Падрэ проспится, колдун никогда».

В разгар свадебного гулянья колдун хрюкал, изображая свинью, и нападал на кабана-молодожена, пока не получил пятаком в живот, чем вызвал бурную радость у падрэ.

Свинка с черным пятном и кабан Антонио не отходили друг от друга.

На третьи сутки бурного торжества падрэ захотелось мяса и кабана зарезали. По слухам, свинку с черным пятном возле уха в очередной раз собираются выдать замуж.

— Продолжу линию женских рассказов про акул, — сказала Дороти. — Я тут наблюдала существо, которое заставило меня содрогнуться. Не комодский варан, конечно, и не казуар, но тем не менее на многое способно.

Клюв (история Дороти)

Наш голос похож на скрежет железа, когда мы спокойны, а если сердимся, то издаем звуки, от которых вы можете потерять сознание. Мы, черные какаду, живем дольше вас, и пока живем помним все обиды, включая мелкие. Вам для мести нужны руки и ноги, а нам достаточно клюва, которым мы перекусываем стальные прутья, даже, если они толщиной со стержень сейфового ключа.

Я хорошо ладил с мужчиной, пока у него не появилась подруга, а вместе с ней собака. Эта шавка осмелилась на меня погавкать. Стоило женщине отвернуться, и я перебил клювом заднюю лапу собачонки. Как она визжала от боли! Главное, что в ней поселился страх. Стоило только косо посмотреть, как шавка, забивалась под диван и делала лужу. В конце концов она от ужаса сдохла. Женщина все поняла, но ей не удалось убедить мужчину избавиться от меня. Он нашел компромисс — ограниченное пространство, и я оказался в клетке. Смешные люди. Можно подумать, что щеколда отодвигается только пальцами. Холодной осенью распаренная женщина в майке, с тазиком белья выскочила на балкон, прикрыв дверь, чтобы не выпускать тепло. Это была серьезная ошибка. Я открыл клювом клетку, взлетел, уцепился лапами за дверную ручку и задвинул щеколду на балконной двери. После этого вернулся в клетку и закрылся. Развесив белье, женщина не смогла вернуться в теплую комнату и принялась звать на помощь. Она докричалась до старухи-соседки, и та сообщила о случившемся мужчине, но пока он вернулся и открыл балконную дверь, женщина сильно простудилась и заболела. Несколько дней к нам приходили люди в белых халатах и синих костюмах: женщина не вставала с дивана, впадала в забытье и вопила «Черный какаду! Черный какаду!» Она была не глупа, в отличие от мужчины, который считал, что щеколда сдвинулась из-за сотрясения. Не мог поверить, что это дело моего клюва.

Все-таки женщина выздоровела, и когда однажды утром, мужчина, как обычно, ушел до вечера из дома, она взяла бамбуковую палку, которой раздвигают занавески, и просунула ее сквозь прутья клетки так, чтобы нельзя было открыть дверцу, а потом клетку на палке перенесла в ванную комнату, поместила в ванну, завалив клетку на дверцу, и включила холодную воду. Женщина не смогла насладиться своей местью: вода не заливала всю клетку, даже опрокинутую на бок. Я уцепился клювом и лапами за прутья, оказавшиеся над водой. Взбесившаяся мстительница с диким криком била по этим прутьям бамбуковой палкой, но не приносила мне ощутимого вреда. Не знаю, почему она не попробовала поливать меня горячей водой из душа? Наверное, побоялась ошпариться, но я бы все равно выдержал. Женщина устала бить бамбуковой палкой по клетке и успокоилась. Ей пришла в голову новая идея. Она вытащила затычку из ванны, дождалась, когда вода уйдет, стерла оставшиеся капли полотенцем, а потом принялась рвать туалетную бумагу и бросать ее вокруг клетки. «Огонь!» понял я, и когда женщина ненадолго вышла, перекусил клювом два стальных прута клетки. Мстительница вернулась и щелкнула зажигалкой, а я выскочил из клетки, зацепился клювом за край ванны, перевалился, упал на пол и, поскольку намокшие крылья не позволили мне взлететь, проскользнул на лапах по мокрой керамической плитке вон из ванной. Вслед за мной неслась женщина, пытаясь ударить меня ногой или бамбуковой палкой. Мне удалось спрятаться под тяжелым диваном, а она встала как собака на четвереньки и принялась возить из стороны в сторону все той же палкой, пытаясь выгнать меня из-под укрытия. Как мог я отбивался клювом. Женщина еще не окрепла после болезни, и через какое-то время утомилась, перестала нападать, поднялась на ноги, подошла к шкафу и открыла дверцу бара. После секундного размышления, она взяла пузатую бутылку с виски, наполовину наполнила высокий бокал и залпом выпила, но не успокоилась. Ненависть заставляла ее действовать.

— Ну, сволочь, я еще с тобой не закончила! — сообщила она мне, выглядывающему из-под дивана. — Тихо не получилось, получится громко.

Женщина открыла нижнюю дверцу шкафа, пошарила рукой и достала Осу вместе с гладкими блестящими патронами. Мужчина научил ее пользоваться Осой.

— Сейчас, сейчас, — приговаривала она, вставляю патроны, трясущимися от злости руками. — Первый светозвуковой, потом травматические. Вначале ты скрипучая, тварь, ослепнешь и оглохнешь, а потом я прибью тебя, как молотком, резиновыми пулями.

У меня осталось несколько мгновений для принятия решения. «Атаковать!»

На ней были шлепанцы, которые не закрывали пальцы ног. Я выскочил из своего укрытия и прищемил клювом мизинец ее правой ноги так, что он хрустнул. Она взвыла от боли, наклонилась, чтобы ударить или отцепить меня от ступни правой рукой. — А надо было бить левой ногой! — По руке я забежал ей на надплечье и ударил клювом по шейным позвонкам.

Женщина завалилась на левый бок, и я стоял возле ее рухнувшей головы пока не остекленели глаза, а потом рядом с неподвижной головой разбил клювом бокал и опрокинул открытую бутылку.

Я вернулся в ванную, собрал обрывки туалетной бумаги и спустил в унитаз, нажав на клапан. Теперь заживем как прежде, без женщин и собак!

Несчастный случай! Женщина в состоянии алкогольного опьянения мыла попугая, пошла за новой порцией выпивки, поскользнулась, уронила бокал и смертельно поранилась его осколками. Попугай ждал, ждал, разволновался, выломал прутья и отправился искать хозяйку. Нашел и теперь, бедняга, возле нее плачет.

«Прямо Эдгар По», — подумал черный какаду, просматривая новости на ZooTV, и переключился на канал «В мире животных».

— Я тут познакомился с романом М. А. Булгакова, — произнес Иван, — задумался над происхождением Мастера, Маргариты, Воланда… В результате добрался до И. В. Гете. Начал разбираться со своими бесами и узнал про египетского Беса. Из всего этого у меня сложился некий пазл.

Зеркало с Бесом (рассказ Ивана)

«Двадцать два года! Двадцать два года! Ни денег, ни власти, ни славы», — Роман скептически рассматривал себя перед зеркалом.

— Ну, денег не будет никогда, — сообщил он вслух своему отражению и совершенно резонно добавил. — Власти тоже не будет. Остается Слава! Надо написать великий Роман. Нет, это уже Сорокин. Тогда, простенький роман-бестселлер с тиражом 100 тыс., хотя бы один, для начала. Год упорного труда. Где взять нетленный сюжет? «Гамлет», «Ромео и Джульетта», «Слон и Моська»… Но нельзя искать долго, надо быстро и сразу!

Он взял планшет и набрал в Google «роман — это», и на двенадцатой web-странице получил нужную выдачу

Роман — это зеркало, с которым идешь по большой дороге жизни…

Стендаль, «Красное и черное»

Круглое зеркало Роман снял в ванной и повесил себе на грудь, а прямоугольное зеркало из прихожей, прицепив ремнями, закинул за спину. Можно начинать. Зарядки смартфона для аудиофайлов хватит часа на три.

Прямо возле подъезда Романа остановила девушка.

— Постойте секундочку, не двигайтесь. Стрижка ужасная, как я в офисе покажусь, и блузка какая-то блеклая, — хозяйка стрижки и блузки готова была расплакаться.

— Давайте, я еще постою, а вы пойдете и переоденетесь, — предложил Роман.

— Витзельзухт! — крикнула девушка уже на бегу.

— Сие означает «несмешная шутка», а вообще это диагноз, — доверительно сообщил, подошедший бомж. Его помятую, когда-то черную шляпу и треснутый монокль на шнурке удачно дополняла зажатая под мышкой, потрепанная книга.

«Faust», — сумел прочитать Роман на части обложки неприкрытой рукавом.

— Интересуетесь немецкой литературой? — спросил бомж и похлопал свободной левой рукой по книге. — Один мой тезка историю в стихах про меня сочинил. Наверно, самую забавную среди многих других. Обхохочешься! Позвольте представиться, Иоганн Георг Фауст!

— Роман Безродный, — отрекомендовался Роман, обвешанный зеркалами. — Фамилия такая. Ни к черту не годится.

— Как знать! — насмешливо воскликнул бомж. — Все лучше, чем Роман Бездарный. Слишком часто встречается.

— А я что-то про Вас слышал, — неуверенно произнес Роман.

— Да, ну? — удивился бомж. — Вы, наверное, про фаустпатрон слышали. Был такой гранатомет. Село есть Фаустово и четыре одноименных деревни. Может в какой-нибудь из них живет Ваша дальняя родня? Не то? Еще несколько салонов красоты и магазин одежды называются «Фауст». Может Вы туда стричься ходили или белые тапочки покупали? Опять не то? Прямо не знаю где Вы могли мою фамилию слышать. Хотя неважно. Книгу собираетесь написать и материал для нее собираете? Я угадал?

— Да, — не стал отнекиваться Роман.

— Хорошее дело! — воскликнул Фауст. — Только эти зеркала не подойдут. Пойдемте, дорогой писатель, к моей подруге Маргарите и попросим у нее на время нужное Вам зеркало.

Роман согласно кивнул, и они двинулись в путь, который оказался недолгим. До ближайшего заброшенного дома с выбитыми стеклами и выломанными дверями. Роман в нерешительности остановился.

— Не сомневайтесь! Всюду жизнь.

— А, знаю, спектакль такой есть, без единого слова, — сообщил Роман.

— Я про картину Ярошенко, — уточнил Фауст. — Не приходилось видеть? Ладно, идем, если Вы, конечно, не передумали.

— Нет, не передумал! — твердо сказал будущий писатель.

К удивлению Романа, войдя в дом они не стали подниматься на верхние этажи, а спустились в подвал. Продвигаясь впотьмах по лабиринту с подземными коммуникациями, они добрались до двери бывшей электрощитовой комнаты. Фауст постучал и открыл дверь. На пороге сидел черный пудель.

— Мефистофель, — сказал пуделю Фауст. — Роман со мной.

Пудель чуть посторонился, и они вошли. Фауст чиркнул спичкой и зажег свечу, вставленную в канделябр, прикрепленный к стене. Угол бывшей щитовой комнаты осветился, и Роман увидел слепую старуху в деревянном кресле.

«Ведьма!» — понял Роман.

— Маргарита, я Его нашел, — сообщил ведьме Фауст.

— Присядь напротив меня, — скорее приказала, чем попросила ведьма, — обратив лицо к Роману.

Роман присел на корточки. Маргарита стащила с рук шерстяные перчатки и кончиками пальцев пробежала по лицу Романа.

— Да, это Он, — удовлетворенно произнесла ведьма. — Хочешь Славы?

— Да, — честно признался Роман.

— Придется поработать, чтобы ее получить. Ты готов? — спросила Маргарита.

— Готов! — подтвердил Роман.

— Отлично! — подвела итог короткой беседы ведьма. — Оставляешь мне свои пустые зеркала, а я даю тебе взамен мое зеркало с Бесом.

Роман снял с себя зеркала и прислонил их к стене комнаты. Маргарита достала из-за спины медное зеркало, на ручке которого был изображен кривоногий бородатый карлик с тиарой из перьев на голове.

— Это Бес, теперь он твой защитник и помощник, — пояснила ведьма, потерев пальцами фигурку карлика.

Роман благоговейно принял из ее рук необычный дар и застыл от неожиданности. Из зеркала на него смотрели два живых глаза.

Больше Роман никого и ничего не видел. Он не мог оторвать взгляда от зеркала. Только успел бросить Маргарите, Фаусту и Мефистофелю «До свидания!», и глаза из зеркала потащили его из подземного лабиринта домой. Запыхавшийся Роман-зомби плюхнулся в кресло, открыл ноутбук, и рядом с монитором пристроил зеркало с Бесом. Под зеркальными глазами появилась надпись Urfaust, и побежали строки с готическими буквами.

«Набивай!» — понял Роман и принялся за работу.

Каждая набиваемая строка, в голове Романа произносилась по-немецки голосом Фауста, а следом переводил голос Маргариты.

Каторжный труд продолжался полгода. Домашние считали, что Роман стал жертвой неведомой компьютерной игры, так как он даже мылся, не расставаясь с ноутбуком. За полгода Роман овладел в полном объеме чужим языком, проникся работой, которую ему доверили, и оценил оказанную ему честь. Фрагменты переписанного Роман разместил в Сети. Через день к нему обратились сотрудники Института Гете. Они просили на любых условиях предоставить им для работы копию рукописи «Прафауста» Иоганна Вольфанга Гете, найденную Романом. Этот вариант был сожжен и считался безвозвратно утерянным…

Прошло пять лет. Роман Безродный закончил перевод обеих частей поэмы «Фауст». Знатоки утверждают, что Безродного ждет великая Слава, так как его «Фауст» встанет в один ряд с «Фаустами» Холодковского и Пастернака, но самому Роману нет дела до этой суеты. Заброшенный дом снесли, на его месте строят очередной небоскреб, и Роман Безродный потерянно бродит по городу в поисках Маргариты и Фауста, чтобы вернуть им зеркало с Бесом…

— Почетная мне выпала обязанность, — начала Мария, — закрыть сегодняшние посиделки. Я тут доклад готовила про толерантность и столкнулась с темой клонирования. Один автор пишет, что выдающиеся люди — это громадные инвестиции, и просто здорово, если, для надежности инвестиций, такие индивиды, благодаря клонированию, будут существовать вечно. Возникает вопрос: «Зачем тогда, остальные человеки?» Кроме того, связанная с этим тема клонофобии. Помните известный детский стих «Телефон» Корнея Чуковского?

У меня зазвонил телефон.

— Кто говорит?

— Слон.

Мне пришла в голову такая недетская вариация

У меня зазвонил смартфон.

— Кто говорит?

— Клон. Ты не забыла позвонить родителям?

— Не звони мне больше нелюдь!

— Я твоя сестра! Твоя младшая сестра!

— Твоя сестра пробирка или чашка Петри…

Считайте, что это прелюдия к моей истории

Вершина толерантности (история Марии)

Взявшись за руки, Адам и Ева бежали по проспекту, прикрывая свободными ладонями причинные места. Цветные платки закрывали их лица до глаз, чтобы программы распознавания, обрабатывая изображения, полученные с видеокамер, не сообщили о них в киберполицию. Чипы, вшитые между пальцами рук и ног, были вырезаны неумело осколком стекла, о чем свидетельствовали грубые шрамики, но тайно, без чьей-либо помощи. На подобную операцию в клинике требовалось специальное разрешение, и ни один врач не взялся бы провести ее нелегально — любой скальпель или одноразовый шприц выложат видеозапись в Сеть. Однако, недоработки электронных средств слежения компенсировали законопослушные граждане, которые оглядывались вслед бегущим, а некоторые записывали их на видеорегистраторы, вставленные в глаза, уши, носы, губы и языки. Особо рьяные вели панорамную съемку сверкающими зубами.

Им удалось добежать! Как только, Адам и Ева, обнявшись, вошли во «Дворец бракосочетаний», все внимание присутствующих сосредоточилось на них. Ни на кого не обращая внимание, они встали в очередь для регистрирующихся. После девушки с догом… Рядом с плакатом

Комментарий к Статье 14 Семейного кондекса. Обстоятельства, препятствующие заключению брака

Не допускается заключение брака между:

человеческими разнополыми клонами, во избежание появления невыдающихся, случайных лиц с неконтролируемыми низкоуровневыми способностями;

человеческими однополыми клонами, из-за возможности изменения пола одним из клонов (см. первое пояснение);

человеческим клоном и человекоподобным роботом, поскольку достижения современной медицины могут использоваться мошенниками для биотрансформации робота в человека (см. первое и второе пояснения).

Очередь из брачных пар, — клон выдающегося человека и клон полезного племенного животного, — тянулась долго. В конце концов, на вновь прибывших перестали пялиться, и занялись обычном житейским трепом. Девушка, гладившая рукой черного дога, горячо обсуждала тему воспитания детей с женщиной, прислонившейся затылком к гнедому жеребцу. К ним прислушивался пожилой мужчина с ангорской кошкой на руках.

— Мы с мужем хотим воспитывать хомячка, — говорила девушка. — Они большую часть времени спят и живут недолго.

— Но не любят чипироваться и часто пищат, — не соглашалась женщина. — Будут проблемы с ювенальной полицией. Нам вообще этот вариант не подходит. Мужу нужно кого-нибудь побольше, чтобы случайно не наступил, лучше барана или овцу. Наш большой участок позволяет.

— А мы со Снежинкой вообще детей не будем заводить, — влез в разговор мужчина. — Будем жить в чайлдфри-доме.

В конце концов подошла очередь Адама и Евы. За столом регистрационной комиссии заседали айтишник, ветеринар и юрист.

— Мне что, охрану вызвать? — спросил юрист, когда они подошли к столу.

— А в чем проблема? — спросила Ева.

— Плакат при входе видели? Комментарий к Семейному кодексу.

— Какое отношение это имеет к нам? — поинтересовался Адам.

— Вообще-то это индицируется, как робот, — сообщил лохматый айтишник, указывая на Еву, — а это ни клон, и ни робот, — кивнул он в сторону Адама. — Все в рамках закона! Могут подавать заявление.

— Второй, судя по всему, не клонированное животное, из высших приматов, но это не запрещено законом, — уточнил педантичный ветеринар.

— Что у нас получается? — воскликнул законник. — Человекоподобный робот и человекоподобное животное?

— Это не животное, — заявила Ева. — Это человекоподобное растение. Овощ, если точнее, огурец, модифицированный геном человека. Я робот-генетик, а это результат моего эксперимента, возле которого мне нужно находиться днем и ночью, словно любящей жене.

— Хорошо, подавайте заявление, мы рассмотрим на заседании специальной комиссии и в течение месяца сообщим о решении, — выдавил из себя юрист.

— Нет, за это время он может завянуть. Цитирую Статью 11 Семейного кодекса. Порядок заключения брака. Пункт первый, третий абзац

При наличии непосредственной угрозы жизни и здоровья одной из сторон или других особых обстоятельств, брак может быть заключен в день подачи заявления.

— Наш случай. Жизнь этого овоща в моих руках. Мне надо его поливать и окучивать днем и ночью. Нам нужен документ, узаконивающий наше совместное проживание. Зарегистрируйте наш брак немедленно, и пусть наблюдают за нами все гаджеты этого мира! Наплевать!

— Ну, что ж, — подытожила Алиса, — славно посидели. Дождь как раз закончился. Во время следующего ливня все к нам на дачу! Я буду ждать новых историй.

Вам понравилось?
Поделитесь этой статьей!

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.1