Болящая Берта и невидимый лекарь

«Старинный шрифт надгробий намекал на готический роман и массировал нервы. Мы ведь любим пугаться. Возможно, потому, что заложенный в наших генах страх потустороннего служит самым бесспорным доказательством существования той стороны.»

(А.А.Генис «Уроки чтения. Камасутра книжника»)

Красавица Берта, хохотушка и певунья, серьёзно заболела. После вроде бы вылеченной пневмонии неожиданно началось осложнение. К её изголовью вмиг сбежались доктора: они прописали таблетки и уколы, ингаляции и капельницы, да всё бестолку. Ничего не помогало бедняжке, с каждым днём ей становилось всё хуже.

— Давай я отвезу тебя в Соловьиноград, мне дали адрес одного хорошего врача, — предложил заботливый муж Эдуард.

Берта, цепляясь за последний шанс, дала согласие.

И вот, обдуваемая весенним ветром, она стоит на пороге ветхого деревянного дома. Ночь. Место заброшенное… Она представляла Соловьиноград по-другому.

— Только не смотри на меня, — предупредил вдруг сзади спокойный мужской голос сиплого тембра. Чьи-то руки сняли с неё пальто.

— Проходи, не оборачивайся.

Берта удивлённо прошла в комнату, где стоял запах крайней бедности и жилья, давно не знавшего уборки.

За спиной послышались шаги лекаря и руки вновь обхватили её плечи.

Мельком она зацепила взглядом эти руки — длинные чёрные рукава вязаного свитера, не нового, уже порядком замахрившегося.

Руки позади неё совершали какие-то пассы. Берта вдруг почувствовала, как прибывает тепло к её спине. Странное лечение продолжалось больше часа. Берта устала. Врач, наверно, тоже устал.

Внезапно открылся кашель — свистящий, с хрипами, неукротимый. Она захлебнулась им.

— Сейчас, сейчас… — проговорил из-за спины сипловатый голос, руки приподняли Берту, и незнакомец, взвалив пациентку себе на живот, потащил её в ванную.

— Не оборачивайся! — напомнил он. Окончание фразы прозвучало глуше — видимо, лекарь отвернулся. Через мгновение она услышала, что его сильно рвёт.

— Так и должно быть… Всё правильно…

Берта стояла в сцепленных руках народного целителя, чувствовала, как его сотрясает от рвоты, но стоило ей дёрнуться, как он тут же это заметил и прижал к себе, не давая вырваться.

Затем поставил её на пол, развернул к дверям и тихонько толкнул в спину:

— Приходи завтра. После завтрашнего сеанса будет ещё лучше.

Обуваясь, она зацепила горшок с фиалками, стоящий на пороге дома.

— Берта! — окликнул откуда-то Эдуард, но Берта, всматриваясь в темноту двора, никак не могла его разглядеть.

Наконец кто-то потряс её за плечо, она открыла глаза и увидела свою спальню и встревоженное лицо мужа над изголовьем кровати.

Так значит, это был сон, и она даже не ездила в Соловьиноград?.. А что за удивительный доктор лечил её тогда?..

— Собирайся, милая, пора ехать, — сказал Эдуард. — Я уже позвонил врачу, он ждёт нас.

Но Берта стремглав побежала в ванную. Там она начала надрывно кашлять и из неё потоком вышло скопленное в лёгких гнойное содержимое. Дышать стало значительно легче.

Врачу, с которым договорился Эдуард, пришлось перезвонить и отказаться от посещения — Берта вбила себе в голову безумную идею об излечении во сне. Муж был рассержен и огорчён, но переубедить жену так и не смог.

Болящая с волнением ожидала ночи. Она помнила, как сказал из-за спины незнакомец:

— Приходи завтра…

Так и случилось. Стоило только сомкнуть глаза, как она вновь оказалась у обшарпанной двери дома. Берте хотелось запомнить окружающую обстановку, но едва она рискнула повернуть голову, как сзади её ухватили за плечи знакомые руки. Раструбы чёрных рукавов несвежего свитера мелькнули и исчезли за спиной.

— Проходи, — произнёс сиплый голос.

— Здравствуйте… — начала было Берта с благодарностью, но голос перебил:

— И молчи.

Подталкиваемая невидимым целителем, она вошла в дом, где её окутал тот же тяжёлый запах и обступила та же затхлая полутьма.

Руки позади интенсивно задвигались, взбивая воздух, и он начал плавать из стороны в сторону.

Берта услышала, как лекарь сдавленно закашлялся.

— А… можно мне вас увидеть? — осторожно спросила она.

Ответа не последовало.

Наконец раздался короткий выдох — «Всё…». Руки, обхватив Берту сзади, снова приподняли её, и человек, видимо не очень сильный физически, как и в прошлый раз потащил её на своём животе в ванную комнату. Только дыхание его стало прерывистым и шумным.

Дальше было всё то же, что и вчера. Сильная рвота лекаря. А болящая уже смирно стояла в кольце его рук.

Когда он развернул Берту к двери, та сделала ещё одну попытку.

— Я благодарна вам… Кто вы? Можно на вас посмотреть?

Ей показалось, что лекарь колеблется и не решается на ответ.

— Дух здоровья… — наконец произнёс он сиплым голосом, и закашлявшись, подтолкнул её к дверному проёму.

Берта очутилась на пороге, снова споткнулась о горшок с фиалками, едва не упала. Горшок повалился набок. От него откололся краешек.

Утром её опять сотряс безудержный кашель, в лёгких бурлило, следующая порция засевшего там гноя вырвалась наружу. Дыхание стало чище и свежее, и за завтраком Берта порадовала мужа проснувшимся впервые за дни болезни аппетитом.

Весь день прошёл в нетерпеливом ожидании сна: дома, пропитанного нищетой, и целителя, называющего себя духом здоровья.

Едва на небе показался тонкий золотой месяц, больная улеглась в постель.

И вот она вновь открывает дверь в мрачную затхлую комнату.

На этот раз человек, стоящий за спиной, ещё больше разоткровенничался с Бертой.

Она чувствовала, что дышать ему стало намного тяжелее. Движения рук то и дело прерывались приступом надрывного кашля.

— Мы, духи, совещались… Собирали на совет души твоих близких, когда те спали. Предлагали взять твою болезнь на себя. Но никто не согласился, — просипел он. — Только душа одного-единственного человека… Ему я и передам твою хворь сегодня.

Берта впервые за несколько дней свободно вдохнула полной грудью.

— Да? — оживилась она. — А кто этот человек? Эдуард?

Лекарь не ответил. Таща её к ванной, он постоянно останавливался, судорожно кашлял, а после мучительно пытался сделать глубокий вдох. И снова давился и задыхался.

Наутро Берта проснулась совершенно здоровой. Вызванный врач, профессор, разводил руками — семья уже собиралась хоронить несчастную, как вдруг пришло чудесное исцеление.

Эдуард был несказанно счастлив. Он купил Берте платье от знаменитого модельера и золотой комплект с сапфирами, о котором та давно мечтала, а по поводу выздоровления любимой жены закатил настоящий пир. Она благодарно заглядывала ему в глаза, пытаясь прочесть на его лице признаки собственной болезни, но Эдуард выглядел цветущим и свежим.

На вечеринку собрались самые близкие люди — друзья и родные Берты. Она всматривалась в их радостные лица, стремясь угадать — кто же из них пожертвовал собой ради неё и принял на себя болезнь?

Но ни одно лицо не омрачала даже тень недомогания.

В разгар праздника по большой комнате прокатилась переливчатая трель звонка с улицы. Берта, порхая как бабочка, слетела вниз по лестнице своего богатого трёхэтажного дома и открыла прозрачную дверь, выходящую в сад.

На пороге стоял незнакомый человек.

— Ты помнишь Виктора К.? — спросил он сипловатым голосом.

Берта растерянно кивнула. Виктор, простой рабочий на фабрике, был её первым мужем, которого несколько лет назад она без сожаления бросила ради богатого и успешного Эдуарда. Берта всегда немного стыдилась, когда ей напоминали о том, что в прошлом она имела отношение к этому неудачнику.

— Сегодня утром он умер. Твоя болезнь зашла слишком далеко, и вылечить её не смог бы даже самый великий врач. Это знали все души, призванные на совет, — мы, духи здоровья, не скрываем обстоятельств обсуждаемого вопроса. Но душа Виктора всё равно приняла её. Он жил одиноко, почти всё заработанное отдавал больной матери, сёстрам и племянникам. Поэтому никакого имущества после него не осталось. Только вот это…

Дух здоровья поднял руки и протянул Берте горшок с фиалками.

Остолбеневшая, она узнала замахрившиеся края чёрных вязаных рукавов и тяжёлый запах неприбранной комнаты.

Поставив горшок на ступеньки, дух растворился в глубине сада.

Когда через некоторое время гости спустились за Бертой, они подумали, что болезнь всё же не прошла бесследно и наложила отпечаток на её психику: в платье от знаменитого модельера и комплекте из золота с сапфирами она сидела на пыльной лестнице и рыдала, обняв руками расколовшийся цветочный горшок.

10 февраля 2017

Вам понравилось?
Поделитесь этой статьей!

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.1