«А дальше только дымка, горизонт…»

Радость жизни — это встречи
На Босфоре, в Междуречье,
Под пассатом и муссоном,
Меж Ист-Ривер и Гудзоном.

На Эгейском, на Тирренском,
На французском, на турецком
Изъясняешься наречьи.
Снова в Альпах, в Междуречье.

В Петербурге, где — фассады,
В Израиле, где — Массады.
Строй ровняют, как на марше
Гейши, рикши, секретарши.

В Монреале — на Канале,
В Амстердаме — с фонарями,
Что не понял в Калевале —
Обретешь на Фудзияме.

Все Дианы и Наяды
Нам с тобою будут рады
От Тавриды до Эллады,
От Севильи до Гренады.

Не грусти, не вешай носа,
Не бросайся вниз с утеса,
Не досадуй, не сдавайся,
Улыбайся… Улыбайся.

Штуттгарт – Ганновер, Ноябрь 2009

 

* * *

Отзанимавшись вдоволь йогой,
Мы все идем своей дорогой.
И так взаправду, не фальшиво,
Меняем Шиву на ешиву.

 

* * *

Поколесив изрядно по хайвею,
И поплутав в развилках и развязках,
Уже мечтаю, как тоску развею
В компании друзей американских.

 

* * *

Дождливый вечер. И на Майне
Вода расходится кругами,
А я вычерчиваю втайне
Безумный танец на татами.

 

* * *

Мадрид сегодня принимает Барселону,
И скоро толпы устремятся к стадиону.
Но снегопад закрыл прекрасный вид на Сити,
Я под Мадридом в полной ж-пе, извините.

 

* * *

Улегся радостный поток,
Нас разведя путем неблизким,-
Тебя — на северо-восток,
Меня на юг, к снегам альпийским.

 

* * *

Старик Эйнштейн, себя не помня в злости,
Писал однажды другу Соловину,
Что Главный Старец не играет в кости.
И с ним согласен я… наполовину.

 

* * *

Землетрясенья, ураган, цунами —
Все это далеко и не под нами.
А нам — цветные сны, коньяк в дороге,
Приход весны и Пурим в синагоге.

 

* * *
G. S.

Я так люблю твой остроумный стих,
Поймать и смаковать его построчно.
Еще воздушный шелест не затих,
А вслед второй летит уже досрочно.
И я, трансокеанский пилигрим,
Склоняюсь пред властительницей слова.
Кто со злодейством врядли совместим,
И бунтовщица хуже Пугачева.

 

* * *
G. N.

Ну что ж, пробежки удаются,
Среди листвы тропинки вьются,
А мысли кружатся и льются,
И под крылом уже Кронштадт.
А ты опять проходишь мимо
Тех стен, где главное незримо,
Где на камнях Иерусалима
Тысячелетия лежат.

Штуттгарт, Май 2010

 

* * *

Вот незатейливый ответ
На шестьдесят шестой сонет.

Когда надежды обернулись злом,
Рискнул я оглядеться, и узрел,
Что петли не затянуты узлом,
И вовсе не безрадостен удел.

Достоинство по-прежнему в чести.
И мощь стремится вырваться из плена.
И мы любовь пытаемся спасти,
И роковой не кажется измена.

Что мысли невозможно заглушить,
И что злодей получит по заслугам.
Что небеса приказывают — жить,
Отделавшись пронзительным испугом.

Все потому, что прошлое храня,
Ты просто не покинула меня.

Техас, Июнь 2010

 

* * *

Люби пролетом France la Patri,
Бредя по полю в утренней прохладе,
(Как в юности с вокзала в Ленинграде),
В аэропорте Сент-Экзюпери.

Не в призрачном реале, так во сне хоть
Наискосок от дома углового,
Где на излете сумрака ночного
Мосты сомкнутся над водами снова.
…Как хорошо, что я смогу приехать.

Монпелье, Июль 2010

 

* * *
Т. P.

Безвозвратно стремителен времени бег,
Оглянись — сколько дней без тебя пролетело,
Сколько будет еще… не исчислишь предела.
Далеко от меня дорогой Человек.

Нас по свету подобно Улиссу несло.
То горячий песок, то замерзшие скалы,
И хотя нам друг друга безвыходно мало,
Кто из смертных не скажет, что нам повезло.

Посылаю тепло и кружащийся снег,
Но размыты слова — долетает лишь малость…
Я сквозь капельки слез на ветру улыбаюсь,
Улыбаюсь тебе, дорогой Человек.

Гаага, Январь 2011

***

Назначь мне свиданье,
Мария Петровых,

Назначь мне свиданье
В саду, на балконе,
В бессонной Касталье,
В дождливой Вероне.

На крыше Милана,
В Мадриде, в Севильи,
Среди океана,
Под звездною пылью.

На взлете, за гранью,
Во тьме и при свете.
Назначь мне свиданье
В двадцатом столетьи!

Штуттгарт, Okтябрь 2010

Вам понравилось?
Поделитесь этой статьей!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.1

  1. Вор ваш автор. «Землетрясение, ураган, цунами» спиздил полностью, до последней буквы…

          1. Держи ссылку. https://www.facebook.com/konstantin.konson?epa=SEARCH_BOX Зайдешь на страницу – и раскрой комментарии сразу под «Дипломом международного поэтического турнира в рамках». Спустись пониже, не ленись, и под картинкой Марголиса («муравья-бугая») увидишь реплику /// Konstantin Konson. Да, я давно хотел опубликовать фрагменты этой переписки. Но не доходят руки.///. Вот на пустом месте, никому и в никуда такая фраза возникла? Нет, конечно. На это «ниоткуда с любовью» еще ниже комментарий-выпад «Под псевдонимом סחבן !» с лайком Марголиса и его же идиотской репликой еще ниже «Хорошее название для сборника стихов «Фрагменты этой переписки». (Назови, мальчик, сборник стихов «Под псевдонимом סחבן», потому что סחבן означает ВОР!) И еще раз ниже, глупый Марголис кому-то говорит : «Поэтому посмотрите презентацию моей книги…» — почему «поэтому»? кто «посмотрите»? Правильно! Перед тобой, Эриния, обрезки драки. Та, у Которой, по-видимому, что-то спиздили, орала и размахивала кулаками, обзывала оппонента вором, а над ней глумились («руки не доходят!» «хорошее название для сборника стихов»!) – а потом чат почистили, компромат повыбрасывали, но, как водится, небрежно, неаккуратно!!! Уши вылезают, да, Эриния?
            Ну, что, умному достаточно?

            1. Все-таки добавлю, поясню кое-что. Была романтическая переписка, из которой «вылупились», ни много ни мало, 100 страниц стихов (качества ниже среднего, количества для интимной переписки зашкаливающего, но кто посмеет осудить?). Как водится, все закончилось плохо, но господин Консон, и башмаков еще не износивши, возмечтал эти 100 страниц опубликовать. РАЗРЕШЕНИЯ НЕ ПОЛУЧИЛ, ПОТОМ ЕЩЕ РАЗ НЕ ПОЛУЧИЛ, И ОПЯТЬ НЕ ПОЛУЧИЛ. Теперь потихоньку таскает «фрагменты» и вставляет в свои шедевры, даже угрожает опубликовать, когда руки дойдут, больше… А «вчерашний обокраденный шпак» угрожает издателям судебными исками. Вот теперь все.

              1. Извините, анонимесса, но и указанное вами стихотворение, как и вся эта подборка целиком — дешёвое рифмоплётство. И совершенно неинтересно, откуда у этой безликой банальщины корни растут. Если вы породили её вместе с автором, значит вы одного сорнякового поля ягоды.

                1. Э, Дуриния, бери выше! Не только эта подборка, но все рифмовыпевания журнала ZA-ZA -пир духа графоманов, а подборка не то что дешевая — деньги платить надо тому, кто прочесть взялся. Ты уж меня, дорогая, в соавторы к безликому банальщику не записывай, я за эту жвачку пожёванную отвечать не должна. И, если украденный у меня десяток строк удачно вписался в эту кучу дерьма, что стал от нее не отличим, ТАК ВЕДЬ Я НЕ ТО ЧТО В ПЕЧАТЬ ИХ НЕ ПРОПИХИВАЛА, Я ПРЯМО И КАТЕГОРИЧЕСКИ ЗАПРЕТИЛА ИХ ОБНАРОДОВАТЬ! И чморить меня за безликость не смей, ибо никто не вправе совать грязный нос в личную переписку и потом устраивать за нее публичный разнос! НЕ ТВОЕ ДЕЛО, ЧТО И КОМУ Я ПИСАЛА, ЯСНО? МОЯ ЖИЗНЬ И МОИ ПИСЬМА, а ты иди лесом! Прихвати с собой журнальчик, на досуге почитаешь. На поле сорняковом, где ты будешь сидеть одна.

                    1. Завидуй, помойная критикесса, тебе и такого не досталось.