27 января Международный день памяти жертв Холокоста.

Установлен Генеральной Ассамблеей ООН 1 ноября 2005 (Резолюция № 60/7).[1] Дата 27 января была выбрана потому, что в этот день советские войска освободили концентрационный лагерь Освенцим (территория нынешней Польши).

Памяти жертв Холокоста

Как мал и тесен свет. И в небесах – прежутко.
Господь, ты видел их, что на расстрел ведут?
Ты слышал, как кричит живой ещё малютка?
Младенца вы за что? Он — юде! юде! юд…

А жёлтая звезда по праву им досталась,
Шесть миллионов душ, иль больше? Несть числа…
Страдалица-земля так прахом напиталась,
Каким же чудом ты с орбиты не сошла?

Как выдержала ты маразм и паранойю?
Ушли в небытие… А ведь могли бы жить,
И радости познать, согреть своей любовью
И кров, и дом, и сад… Детей, детей растить…

Ушли в небытие певцы и музыканты,
Сапожник и портной, поэт, учитель, врач…
Гонимые в веках — во всех делах таланты,
Ты скрипочку возьми, сыграй-ка им, скрипач!

И он играл тогда, когда дымили трубы,
Он проводил толпу до самых до печей.
Ни слёз и ни мольбы. Лишь крепко сжаты губы,
Вскипает боль на них кровавых пузырей.

В небытие ушли все жертвы Холокоста:
Треблинка, Бухенвальд, Майданек, Бабий Яр…
Года, года бегут. И в мире вновь непросто,
Есть кованый сапог, «Майн кампф» и нацик яр.

Да, снова нелегко на этом белом свете,
Где ненависть кипит, где взращивают страх,
Где мёртвых и живых паук фашистский метит,
И кладбищ уж не счесть, где осквернили прах.

Затеплим мы свечу. И камешки опустим.
И мысли, и дела посмотрим на просвет.
Нет! Холокосту – нет! Нет, больше – не допустим!
Как беспределен мир… Как мал и тесен свет…

Октябрь 2012

На Святой Земле
(Из израильского цикла)

На Святой Земле и мысли – святы.
Навсегда останутся со мной
Иерусалимские закаты,
Древний город с древней мостовой.

Ты прекрасен в нынешнем обличье.
Ни врагам, ни войнам, ни векам
Не принизить твоего величья,
Не стереть из памяти твой Храм.

Первый Храм, что был давно разрушен,
А за ним – разрушен и Второй…
Так уничтожают наши души
Черствость, злоба, ненависти зной.

На Святой Земле все чувства светлы.
Я несу к Стене свою печаль.
Иерусалимские рассветы –
Знак надежды, времени печать.

По городу Акко
(Из израильского цикла)

По городу Акко бежала собака,
Бежала, бежала за мной…
А в городе Акко, а в городе Акко
Был зной и не пахло весной.

На самом-то деле, всё было в апреле,
В России лил дождь на дома.
В израильском Акко цветы-акварели
Сводили, сводили с ума.

Всё как-то смешалось, и радость и жалость,
Чужие, свои небеса…
И даже собака на улицах Акко
Похожа на русского пса.

НОВОГОДНИЙ МАРАФОН
(Диалог у новогодней елки…)

— Лева, галстук нужно поприличней!
— Пионерский? Как же, я храню…
— Левочка, бутылочку «Столичной»?
— Да, мамусик! Нет, не уроню…
— Елочка у нас с тобой — что надо,
Но, поправь, чуть-чуть перекосил…
Где моя французская помада?
— Мамочка, а я б — перекусил…
— Ну, возьми с колбаской бутербродик…
Жестковата? Водочкой запей…
Слушай, Лев, у нас — «дом-два», по моде…
— На двоих — дурдом? Азохен вэй*…
— Не забудь! Шампанское — в ведерко!
Слава Богу, дефицита нет…
Красная и черная икорка…
Что, любимый? Ладно, ешь паштет.
Есть салаты, рыбка, есть грибочки,
Стол — хорош! И мы — не старики!
— Вера, помнишь, ты солила в бочке
Желтые, звались семенники?..
Знатный огурец — король закуски,
Сальце да картошка, вот где — смак!
Теща, царство ей, твердила: «Русский —
Лева наш, мишУгинэ**, чудак!»
Дом был полон. В гости, вечно кто-то…
Новый год… Веселье … Толкотня…
Бой курантов… Верочка, ну что ты?
Вытри слезы… Есть еще родня…
Многих — нет, а те, увы, далече…
Как сказал!? Какой, Верусь, Поэт!
Мы ж с тобой — простые человечки,
Вот еще немного, и — привет!
— Ладно, Лева, ну, совсем как дети…
Ведь живем. Установили скайп…
Марафоним по большой планете,
Раньше вот за это – сняли б скальп.
Я — готова: кофточка, прическа…
Все шикарно! Как в других домах…
Мы — не в новом, но и не в обносках,
Где твой галстук? Никаких мне — «ах!»
Пусть увидят в Хайфе и в Нью- Йорке,
Убедится Харьков, Каунас,
Хоть не отдыхаем на Майорке,
Все равно, «о- кейюшки» у нас.
Так, пора! Включай скорей, компьютер,
Кто там в скайпе? Фима? Вашингтон?
— С Новым счастьем, Лева Перельмутер!
— Начинаем, Вера, марафон!

____________________________
(*«Азохен вэй» — «увы и ах» разговорное (идиш).
** «Мишугинэ» — «сумасшедший» — иронично-разговорное (идиш).)

Вам понравилось?
Поделитесь этой статьей!

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.1