Светлой памяти композитора Крылатова

Его мелодии были крылаты — словно фамилия оказалась вещей; точно подтверждалась глобальная связь всего со всем; они были крылаты и легки, и нежность подлинности заполняла их с избытком.

Евгений Крылатов дарил миру песни с щедростью волшебника, знающего, что необычный дар его должен быть расплескан по миллионам душ.

Песня в чём-то сродни хлебу; и — лакомству одновременно — без неё нет жизни, как и невозможен праздник.

Хлеб питает надеждой, крепит поддержкой, а лакомство — балует радостью.

И радовали, взлетая выше елей, бесконечные детские качели, хоть сквозь ритмы и проступала грусть: грядущего прорастания во взрослую жизнь, а как оно там? Неизвестно…

И плыли нежными облаками песни из мультика про Умку, и разнообразно переливались всеми оттенками музыкальной палитры мелодии из «Чародеев», «Каникул в Простоквашино», «Деда Мороза и лета»…

Евгений Крылатов точно не умер — но растворился в магических звуках песен, отражённых в таком множестве детских и взрослых душ, что понятие «смерть» становится бессмысленно.

Александр Балтин

Вам понравилось?
Поделитесь этой статьей!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.1