Роман со знаками препинания. Глава 5. Вопросительный знак

Внимание! Детям до 16 лет разрешаю эту главу не читать, потому что она трудная (философская). Вопросительный знак не обидится: он же умный и всё понимает.

Эльмира Викторовна.

 

Если Восклицательный знак любит покричать и мало думает, то его Вопросительный коллега думает много и всегда. Ему нравится это занятие — шевелить мозгами. Кому постоянно нужны всё новые и новые порции знаний, кто вечно интересуется: зачем да почему, что да как, где и когда, откуда и куда, какие да сколько? Он, конечно.

Вопросительному знаку есть дело до всего на свете, его ум пытлив в любом возрасте. Будь он хоть маленьким, хоть стареньким, он постоянно озабочен поиском смысла жизни и желанием определить своё Я в этом мире; его никогда не оставляет тревога в связи с этим — отсюда его «вечные» вопросы в разные периоды жизни. С самого детства наш герой — неутомимый почемучка, пристающий ко всем; подростком суёт свой нос туда, куда не просят: ему уже нужно выяснить не только почему, но и зачем?

Юношеский его возраст — это расцвет любознательности и пытливости ума: Кто я? Чего хочу? Если не я, то кто? И наконец: Быть или не быть?

Повзрослев и уже становясь зрелым мужчиной, он размышляет то о вечном высоком (Для чего живёт человек на земле? В чём смысл жизни? Что есть истина? Что есть добро и зло? Кому это выгодно? Кто виноват? Что делать? Как жить дальше? Будет ли свет в конце туннеля? Есть ли жизнь после смерти?), то о вечном житейском (Где взять денег до получки?), то о таком, что вообще-то его лично не касается (Есть ли жизнь на Марсе?).
Зачем я жил? Что я делал не так? Почему не удалась жизнь? — это он уже в старости шепчет побелевшими губами. Казалось бы, ему уже ничего не нужно, песенка спета, а он всё не может угомониться, всё сомневается, переспрашивает, уточняет…

Несмотря ни на какие веяния моды, Вопросительный знак любит учиться и во все времена делает это с удовольствием. Он получает от этого кайф или кейф, как говорили и писали во времена Чехова. Ему ничуть не лень с утра до вечера добывать информацию, наращивать свой IQ — Ай кью (коэффициент интеллектуального развития человека). Если энциклопедического словаря под рукой нет, а ему приспичило что-то выяснить, он всё преодолеет, но своё любопытство удовлетворит непременно.

Раньше этот сутулый очкарик пропадал в библиотеке, а сейчас его за уши не оттащишь от компьютера и Интернета. Его не часто встретишь на футбольном поле, где так любит проводить своё свободное время Восклицательный знак (для которого эта «тишь библиотек», как и всякая другая тишина, — хуже горькой редьки).

Когда по телевидению идёт передача «Что? Где? Когда?», Вопросительные знаки необъятной России бросают все свои дела и прилипают к телевизору: болеют за своих. Особенно проявляют нетерпение юные «чтогдекогдашники».
Пока их не берут в команду, но каждый из них старается проверить или пополнить свои знания. Он стремится бросить в свою копилку знаний хоть что-нибудь, он понимает: если сейчас хорошенько посидит над книгой или пошарит в Интернете, то потом не опозорится.

Как Скупой рыцарь деньги, он кропотливо и целеустремлённо накапливает информацию, и какой бы ходячей энциклопедией ни считали его знакомые знаки препинания, он всё равно не прочь узнать что-нибудь новенькое. Знания ему нужны постоянно, как дрова для костра.
Если он за весь день ничего нового не усвоил, то считает его потерянным, чувствует угрызения совести: ну как же так? Не добавилось извилин — значит, день прожит зря.
Его начинает терзать комплекс неполноценности. Восклицательному знаку такое и в голову не придёт. Тот парень без комплексов, своим кругозором вполне доволен. Количество извилин — не его проблемы.

Вопросительный знак — это двигатель прогресса. Ничто не сможет заставить его остановиться на достигнутом. Ему тесно в рамках обыденности — его тянет познавать неизведанное. Если люди перестанут восклицать, то мир прокиснет от скуки, но если человечество перестанет задавать вопросы — мир погибнет.

Недаром же умница Станислав Ежи Лец (1909-1966) отметил такое: «Настоящий человек состоит из вопросов, настоящий Бог состоял бы из ответов».

В своё время, размышляя о коллегах-учёных и о роли вопроса в их жизни, французский антрополог Клод Леви-Стросс пришёл к такому выводу: «Учёный — это не тот, кто даёт правильные ответы, а тот, кто ставит правильные вопросы».
Парадокс, казалось бы, ан нет. Имеется здесь пища для ума.

Вопросительный знак — это очень ёмкий знак. С его помощью, вернее, с помощью пяти вопросов русский поэт Василий Андреевич Жуковский (1783-1852) по просьбе царя Николая 1 сформулировал всю программу воспитания его наследника — цесаревича Александра.
Будущему императору, по программе Жуковского, следовало дать широкие понятия по таким пяти вопросам: кто ты? откуда ты? где ты? куда ты? и зачем ты? Программа была одобрена царём. Став императором, именно он, Александр II, воспитанник Жуковского, в 1861 году отменил крепостное право (на три года раньше, чем отменил рабство в Америке президент Авраам Линкольн) (1809-1865). В русскую историю он войдёт как Александр II Освободитель (1818-1881).

???

Вопросительный знак, как правило, это интеллектуал-одиночка. Но в час X способен пойти на сближение с себе подобными. Когда возникают проблемы, умные, забыв разногласия и прежние распри, собираются в одну команду и объявляют мозговой штурм.
Они забудут покой и сон, будут прикидывать и так и этак, спорить до хрипоты, ломать копья, напрягаться, размышлять, сшибаться лбами, развязывать тугой узел проблем, чесать затылок, кумекать, соображать, смекать, раскидывать мозгами… будут сидеть день и ночь, без праздников и выходных до тех пор, пока добьются результата — разгадают тайну.

И тут откуда ни возьмись на крик «Эврика!» является Восклицательный знак и вырывает победу из рук. Вопросительные знаки кричат: «Что вы делаете? Где же справедливость?». Но кто им поможет? С крутым Восклицательным знаком никто не хочет связываться: его боятся все знаки препинания.

Сгорбившись от горя, Вопросительные знаки покидают поле боя и уходят зализывать раны. Мавр сделал своё дело — мавр может уходить.

Искать ответы, добывать информацию — это не только хобби Вопросительного знака, это его работа, его стихия и его призвание. Есть выражение: «Тот, кто владеет информацией — владеет миром». Всё правильно, но это не о Вопросительном знаке. Да, он добывает информацию и даже владеет ею, но сам не распоряжается.
Всю добычу у него по праву сильного отнимет Восклицательный знак, а Вопросительный её отдаст, потому что по натуре своей он не боец.
Он может хоть водородную бомбу изобрести, но плоды его трудов всё равно достанутся другим, силовикам: тем же генералам и политикам. Как ни умён Вопросительный знак, но пользоваться плодами своей победы и властью он не сумеет. Восклицательный — да! А наш мягкотелый трудяга? Нет.
Всегда так было.

Кстати, при всём его обширном и разностороннем уме наш герой никогда не достигает вершин богатства. В том самом банальном житейском смысле. Ему прямо в глаза смеются: «Если ты такой умный, то почему такой бедный?». Он только плечами пожимает: «А зачем мне богатство? Что я с ним буду делать?».

Он гвоздя в доме забить не умеет, ему, видите ли, ничего другого в жизни не надо, кроме извилин, только то и знает, что новые наращивать, а там хоть трава не расти.

Люди с сожалением говорят, качая головой: «Эх, ты! умный, умный, а дурак…» А он что? Да ничего. Продолжает своё.
Ну вот что вы с ним, непрактичным таким, делать прикажете?

???

В прошлой главе я очень сердито говорила о Восклицательном знаке. И была не совсем справедлива. По сравнению с Вопросительным у него много своих несомненных и явных преимуществ. Во-первых, у него прекрасная реакция, он быстро принимает решения, а Вопросительный долго колеблется перед принятием решения, занимается самокопанием; время идёт, а он продолжает сомневаться, скрупулёзно выверяя все «за» и «против», когда уже всем всё ясно, — и… сильно надоедает своей нерешительностью.

Восклицательный знак не рассуждает — он действует, а Вопросительный знак наоборот: он рассуждает, а не действует. Вопросительному знаку ласкает слух слово «профессор», Восклицательному — «генерал».
Восклицательный знак — это сила, Вопросительный — разум. Им бы объединить усилия, действовать согласованно — ан нет! Они вечно не ладят. Отсюда все беды. А если бы дружны были, то сколько полезного смогли бы сделать… Увы!

Во-вторых, Восклицательный знак — оптимист, он никогда не впадает в такой тяжкий грех как уныние.

В-третьих, Восклицательный знак сумеет в короткий срок навести порядок, организовать любую толпу, построить её и повести за собой на труд и на подвиг. В противоположность Вопросительному знаку Восклицательный умеет и командовать, и брать на себя ответственность; да и сам хороший исполнитель, если он функционер среднего звена.

И хотя Восклицательный знак не терпит вокруг себя подобных ему, но если видит, что в своём кругу «ваша не пляшет», умеет подчиниться быстро и без лишних эмоций, помня житейскую мудрость: «Ты начальник — я дурак! Я начальник — ты дурак!» и ничуть не комплексует; Вопросительный же знак, хотя сам не умеет ни командовать, ни подчиняться, будет долго переживать и ныть.

Наконец, для управленца, тем более для генерального директора, при всём его уме, у Вопросительного знака недостаточно здорового честолюбия, нет политической воли и характера. Он всё время сомневается, созерцает, размышляет и никак не решается действовать.

Восклицательный знак, если получит власть, без боя её не отдаст; а наш сутулый очкарик, дай ему власть в руки, ничего сделать не сможет, будет всех уговаривать работать (никто его и слушать не станет) — и развалит всё. Вспомните, сколько у нас профессоров умных, а назначали их министрами — и ничего путного не выходило.

Так что энциклопедические знания Вопросительного знака — не всегда благо. Ему намекают: ну давай, собери волю в кулак да стукни им по столу — пора уже действовать, хватит накапливать информацию, что ты её собираешь как Плюшкин барахло?! — а он уже не может остановиться и собраться для действия.

И вместо того, чтобы применять на практике с таким трудом накопленные знания, он будет лежать на диване и тратить все силы на… разгадывание кроссвордов. И сколько их, таких умных, лежит на российских диванах? А в креслах перед телевизорами сколько? Разве это поддаётся счёту?

Или вот ещё одна похожая судьба. Поначалу всё шло как нельзя лучше: школа — с золотой медалью, вуз — с красным дипломом; знал всё о чём ни спроси; его называли светлой головой и пророчили большое будущее.
Он никогда не был ленивым, он не жалел себя, трудился от зари до зари, не знал отдыха… И с тревогой отмечал, что ощутимого результата не видно.

Шли годы, но самореализация личности так и не происходила. Он ничего не сумел совершить, нервничал, перебирал в памяти прожитые годы.

Почему же то, чем он так гордился, — его накопленные знания — не помогали ему, почему его обогнали в карьере и в жизни сверстники, с детства не хватавшие с неба звёзд? Не потому ли, что в избытке его информации одно мешало другому и не складывалось в систему?

Он так и не смог понять, когда, на каком этапе сделал что-то не то и не так, в чём его ошибка? Потом вообще старался не вспоминать всё, о чем мечтал в юности и что собирался сделать в жизни, гнал от себя неприятные мысли и стал понемногу прикладываться к рюмке. Погибла ещё одна личность.

И никто вокруг не знает, не может объяснить: почему случается такая трагедия, почему так бесславно угасла личность, что помешало её самореализации? И есть ли тут доля вины избыточных знаний?

Впрочем, бывает и иначе. Случается, что наш герой вдруг приобретает, казалось бы, несвойственные черты — куда только девается его нерешительность и склонность к сомнениям?
Вот как говорится о такой метаморфозе в стихотворении Любови Сироты-Дмитровой:

ВОПРОСИТЕЛЬНЫЙ ЗНАК

Был пытлив он — и курносый
Шустрый нос во всё совал,
Бесконечные вопросы
Непрерывно задавал.

«Что?», «Куда?», «Зачем?», «Откуда?»
«Где?», «Когда и почему?» —
Открывалась жизнь как чудо
Любопытному уму.

Но с уходом юной эры
Всё он понял, всё схватил —
И совсем в другие сферы
Взгляд пытливый обратил.

Для совсем другой потребы
Он работу дал уму:
«Что почём?» и «Как бы, где бы?..»
«Сколько взять?» и «Дать кому?»

Вопросительные знаки
Освещали путь во мраке.

Вылетали, словно пробки,
Рокотали, как прибой.
Выносил герой за скобки
Разногласия с судьбой.

Но, какой бы ни был точный
Твой вопрос, ответ, расчёт —
Жизнь в итоге жирной точкой
Все вопросы пресечёт.

Да, бывает и так…

Но всё-таки чаще Вопросительный знак — натура тонкая, неустойчивая, на него может напасть хандра из-за сущих пустяков: то от плохой погоды, то от перегрузки информацией, а вчера весь выходной было плохое настроение и всё валилось из рук из-за такой чепухи, что и сказать стыдно: в кроссворде не мог отгадать имя Собакевича (слово из шести букв).
Главное, и как зовут Плюшкина помнил (Степан), и даже эту глупую Коробочку (Настасью Петровну) не забыл, а вот имя Собакевича вылетело из головы — хоть убей. Шестая (последняя) буква — «л». Что это за имя такое?
Кинулся на книжную полку искать томик «Мёртвых душ» — не нашел: кто-то из друзей взял почитать и, как водится, не вернул. Вот он и злился целый день. И только ночью во сне вспомнил. Собакевича звали Михаил Семёнович, чтоб ему пусто было. Целый выходной из-за него пропал.

А Восклицательный знак киснет лишь когда у него нет настоящей мужской работы: защитить страну, построить дом, вспахать поле, возглавить какое-либо начинание, даже просто шашкой помахать — и то дело. И только если этого нет, он становится настоящим домашним тираном и мучает всех, кто под горячую руку попадётся.

Вопросительный знак, в отличие от Восклицательного, никогда в армии не служил и пороха не нюхал. Во-первых, он сутулый (с теми, кто много читает, это часто бывает). Поэтому видеть в шеренге грудь четвёртого человека, как это положено у военных, из-за него просто не получается. Да и вообще Вопросительный знак не из тех, кто любит ходить строем. Во-вторых, он туговат на левое ухо (в детстве сильно простудился, болезнь дала осложнение на уши, а тогда, в средние века, медицина была ещё не развита, детей плохо лечили). Поэтому он всё время переспрашивает. А что это за солдат, который не слышит команд и переспрашивает их? Вы только представьте себе такую картину. Раздаётся команда: «Пр-равое плечо вперёд!», — все исполняют, а один глухой солдат интересуется: «Простите, вы что-то сказали? Нельзя ли повторить?». Ну просто насмешка! А в армии насмешек не любят.

…Ещё один недостаток Вопросительного знака: он быстро устаёт. Он может утомиться и перегреться. Это бывает с теми, кто не знает меры. Таких вечных студентов, которые слишком любят учиться, в народе снисходительно называют ботаниками.

Ботаник может довести себя до такого состояния, что свихнётся. У него просто поедет крыша. Он станет заумным. Сами понимаете, насколько лестно иметь такой диагноз. (Студенты переименовали «Горе от ума» Грибоедова так: «Ботанику — атас» и поставили спектакль в театре МГУ).

А дон Кихот, вспомните, после чего он умом тронулся? Он читал книги. Без всякой меры. Он так много их прочёл, что рассудок его повредился. (И после этого дон Кихот совершил всё то, что сделало его имя бессмертным).

Но и это — не самые тяжкие грехи нашего героя. Приходится говорить на эту тему потому, что из песни слова не выкинешь.

Догадайтесь-ка с трёх раз, кто из-за своего безволия и бесхребетности научился вилять позвоночником и вошёл в историю фразой «Чего изволите?», бросив чёрное пятно на своё доброе имя? Да-да, вы правы, он самый.

А кому принадлежит этот задиристый пьяненький голос за забором: «Третьим будешь? Ты меня уважаешь? А ты кто такой?». Как говорится, без комментариев.

Кстати, с Восклицательным такого позора сроду не случалось. Да он с одной рюмки и не пьянеет. Закусит огурцом — и снова бодр, свеж и готов без лишних разговоров расквасить рожу кому хошь.

Хоть и случается, что не на высоте бывает наш герой и не силён он телом, но он силён духом; он борется не кулаками, а словом — и здесь нет ему равных. Да, он не боец, но он борец. Именно он и только он может, когда надо, поставить вопрос ребром, только он один рискует задавать властям такие неудобные вопросы, за которые по головке не погладят. Недаром же в самые тяжёлые годы сталинских репрессий родился характерный анекдот: «Кто построил Беломорско-Балтийский канал?» — «Правый берег — те, кто задавал вопросы, левый — те, кто отвечал на них».

Тема лишних вопросов время от времени занимает человечество, и разброс выводов, как всегда, простирается от великого и трагического до смешного.
Трагическое: «Те, кто задаёт лишние вопросы, обычно долго не живут» (вариант: «…до своей смерти не доживают»).

И смешное, пусть даже анекдот и чёрный юмор:

Беседуют покупатель с продавцом шаурмы. Покупатель весело спрашивает:
— А это мясо раньше мяукало, лаяло или кукарекало?
Хозяин мрачно отвечает:
— Оно задавало лишние вопросы.

Недаром родители, желая оградить — своих детей от предстоящих бед, предупреждают: «Не задавай лишних вопросов». При этом никто не знает, что это за вопросы такие и сколько их на свете. Разные они для разных стран или у всех одни?

Меня всегда занимало, где и как определяют: лишние это вопросы или нет? Кто и когда договаривается, какие из них отнести в группу риска? Систематизированного перечня лишних вопросов я никогда не видела — и в этой неопределённости всегда есть какая-то нехорошая и пугающая тайна, предчувствие беды.

Тайна лишних вопросов — это запретный плод, который всегда сладок. Правда, к концу жизни все люди или догадываются или путём проб и ошибок приходят к искомому ответу и лишних вопросов не задают (и как они только ухитряются их вычислять?).

Все да не все. Есть такие отдельные упрямцы, которые то ли так и продолжают не знать, что нельзя, а что можно, то ли нарочно со своими лишними вопросами всюду лезут, будто их кто за язык дёргает.

Кстати, а вы лично знаете, какие вопросы лишние, а какие нет? И когда нельзя их задавать — это свобода или нет?

Больше всего я не люблю, когда уже не свои родные, как в детстве, а чужие люди тебя одёргивают: «Не задавайте лишних вопросов!», — а ты опять не в курсе, только сжимаешься в непонятной тревоге, понимая, что нужно почему-то держать язык за зубами…

И всё-таки, мне кажется, что человек, который не задаёт лишних вопросов, — это скучный человек. Да и трус к тому же.

???

Пока молодые Вопросительные знаки, расширяя кругозор, играют в свои интеллектуальные игры, а старые занимаются разгадыванием сканвордов, их вольные упражнения не опасны для властей; но если эти знатоки и эрудиты, умники и умницы захотят выйти за рамки дозволенного, то — шалишь! — власти таких заметят, запомнят и, мягко говоря, задушат в своих объятьях.

А если кто из этих любознательных вздумает «дойти до самой сути», как некоторые, то получит больше, чем собирался: ему покажут и Кузькину мать, и пятый угол, и где раки зимуют. Притом бесплатно. Но больно будет.

Недаром же любителей много спрашивать дружески предупреждают: «Будешь много знать — скоро состаришься», «Меньше знаешь — лучше спишь», «Знание — сила, а незнание — покой».

Но каждый уважающий себя Вопросительный знак таким заветам не внемлет. За своё неистребимое любопытство получает пинки, синяки и зуботычины, но всё равно не кается и спрашивать не перестанет. Никогда. Такова его природа, таким уж его мама родила.
Он, который не может постоять за себя, он, хилый и слабый, «молчал бы в тряпочку» — его бы никто и пальцем не тронул, но он так не может. Когда он видит, что обижают слабых, он набрасывается на обидчика. Откуда только у этого немощного и силы берутся?

Он не будет молчать, хотя знает, что не победить ему грозного противника (плетью обуха не перешибёшь), но он не станет прятаться в кустах. Он пойдёт против кого? — против самого Восклицательного знака и скажет ему то, что другие не посмеют. Может, за эту отчаянную бесшабашность и любит его народ?

Наш герой делает то, что другим недоступно: он производит брожение в умах. Его поле деятельности — подкорка. Он может всадить туда свой вопрос — и будешь ходить и думать только о нём и больше ни о чём.
Внутренняя сила вопроса так велика, что его начинает бояться сам Восклицательный знак. Понимая, чьё оружие сильнее, он хватается за чужое и орёт: «Здесь вопросы задаю я!». Значит, догадывается, что в определённых ситуациях вопрос посильнее автомата бывает?
Вопросительный знак чаще всего — интеллигент: умный, думающий, мягкий, страдающий, сомневающийся, накопивший много информации, неуверенный в себе, жующий своё вечное «Кто виноват?» и «Что делать?», колеблющийся и бездействующий до такой степени, что хочется, чтобы скорей пришёл ему на смену генерал Восклицательный знак…
Тот хоть и не шибко умён, и прямолинеен как телеграфный столб, но действует же, чёрт побери, порядок наводит! Правда, он и дров наломать может (непременно сдуру наломает!). И когда сделает это и крепко насолит всем, крикун эдакий, то на смену ему придёт умный, думающий, мягкий… Русскую сказку про белого бычка, надеюсь, знатоки ещё помнят.

И только уравновешенная мудрая женщина Точка может хоть на какое-то время остановить это маятниковое раскачивание лодки жизни.

Подобное развитие событий отметила в одном из стихотворений, посвящённых нашим героям, Любовь Сирота-Дмитрова.

ВОСКЛИЦАТЕЛЬНЫЙ ЗНАК

Был он прям, высок и громогласен,
В голосе его звучал металл,
И нравоучительности басен
Он памфлетов стиль предпочитал.

Не колеблясь, не боясь ошибок,
Восхищался, славил и клеймил,
Но, хотя в сужденьях был негибок,
Был своей восторженностью мил.

С возрастом явились измененья,
Он утратил прежние черты:
Сник, согнулся — и пришли сомненья
Вместо изначальной прямоты.

Не утратив честности, однако,
Он, как подобает мудрецу,
Стал из Восклицательного знака
Знаком Вопросительным к концу…

На сходство и близость этих молочных братьев-знаков в своё время обратил внимание поэт и блестящий остроумец Михаил Светлов, заметив: «Вопросительный знак — это состарившийся восклицательный».

А почему бы и нет? Вполне возможно. Проорался, потерял былую силу и мощь, ссутулился, начал думать, накапливать извилины, а когда стал много знать — скоро и состарился. Так и превратился в Вопросительный. Шутка, конечно, но в каждой шутке, сами знаете.

???

Неуверенный в себе Вопросительный знак всегда так сомневается, что даже не поймёшь, кто он по гороскопу, к какому из воздушных знаков, умников-разумников, он относится: то ли Весов, то ли Близнецов, которые тоже вечно сомневаются и колеблются. Да это и неважно. Одно известно: в лидеры он вряд ли годится… Ну и что? Эка беда: в начальники не вышел. Да ему это и не нужно. Он из тех, у кого своя, совсем иная система ценностей. Он любит не власть и не деньги — он любит общение.
Он давно живёт на свете и убедился, что с начальниками никто не дружит искренне — только из-за выгоды. А ему необходимы друзья, собеседники, иногда и собутыльники, но он любит застолье не ради еды, а ради беседы. Ему вовсе не хочется, чтоб перед ним стояли по стойке «смирно!». Он любит общаться со всеми сидя, ибо знает, что сидящий человек всегда больше скажет, чем стоящий. При этом можно неспешно, в своё удовольствие, и мозгами пошевелить, и поспорить (с Восклицательным, его коллегой, вот так запросто, на равных, спорить не пробовали?).

Кстати, Восклицательный знак любит застолье не меньше Вопросительного; разница лишь в том, что за столом он — тамада, и говорит один. Именно говорит, а не разговаривает. Остальные должны ждать, пока он даст им слово. Перебивать тамаду не положено.
Зато Вопросительные знаки за столом могут перебивать друг друга сколько угодно — и ничего. На поставленный вопрос отвечают вопросом же или совсем не отвечают — и опять ничего. Разговаривают, как ни в чём не бывало: на то они и собеседники.

Кстати, не парадокс ли это: в обществе прямого, стройного Восклицательного знака ты сгибаешься, сжимаешься в комок, втягиваешь голову в плечи; а рядом с невзрачным, сутулым Вопросительным знаком — распрямляешься, чувствуешь себя свободно и комфортно?

После всего этого не кажется ли вам, что нашему герою семь грехов простить можно уже за то, что в его компании не стоишь навытяжку, и рядом с ним хорошо думается?

…Умница, светлая голова, мудрец, хорошие мозги, не дурак, хомо сапиенс, знаток, эрудит, аналитик, философ, мыслитель, семи пядей во лбу, энциклопедист, ходячая энциклопедия, книгочей, умник, интеллигент собачий, профессор кислых щей, интеллигент паршивый, а ещё шляпу надел; зато у него голова хорошо варит, он мозгами шевелит; он неглупый, головастый, с извилинами, не одноклеточный, не толстокожий, высоколобый, яйцеголовый, продвинутый, с повышенным Ай кью — и это всё о нем…

Или не всё?

???

Не всё. Он такой неисчерпаемый — разве о нём всё расскажешь? Тогда хотя бы чуточку — о том, как он сопровождает нас всю жизнь.

Каждый божий день, начиная с раннего детства, человек задаёт какие-либо вопросы. Самые первые — это, конечно, «Почему?» и «Зачем?», а потом, став взрослыми, люди разбирают вопросы по своим интересам и профессиям.

Для геологов, например, основным становится «Где?»; для путешественников — «Куда?»; для технологов и артистов — «Как?»; для следователей — «Кто?»; для торгового люда — «Сколько?» и «Почём?». Гадалка без конца выясняет для своих клиенток извечное: «Что было, что будет, чем сердце успокоится?» Жену и мать, ежедневно стряпающую еду семье, мучает вопрос «Из чего?»; модницу сжигает проблема «В чём пойти?»; юношу — «Жениться или нет?».

Разумеется, это не единственный вопрос, который человек задаёт себе с утра до вечера. Это всего лишь главный, а в запасе ещё уйма остальных, которые он задаёт и другим — своим собеседникам. Поэтому без вопросов никакой разговор не состоится. Если вопросы иссякают, то беседа угасает и сама собой прекращается. Отсутствие вопросов — это конец общению.
Беседа — это у людей игра такая, где они перебрасывают друг другу свои вопросы — как мячики в теннисе. Пока мячик в воздухе — интересно, что с ним дальше будет, сможет ли противник отбиться, а если мячик лежит на земле и не двигается, то всё: игра окончена, интереса никакого нет.

Так что не стесняйтесь, задавайте вопросы, если есть желание продолжить беседу. Их ведь много на свете, хороших и… разных. Только перед тем как открыть рот и задать свой вопрос, на всякий пожарный, хорошо бы прикинуть степень риска.

Она, эта степень риска, бывает разной: от первого безобидного детского «Почему?» всё время повышается в цене. Например, следующая, более высоколобая степень любознательности, — это вопрос «Зачем?» Это когда уже пройден первоначальный этап любопытства и наступает осмысление целесообразности: «Зачем?» Лично мне, сколько себя помню, больше всего попадало именно за вопрос «Зачем?»

Изюминка здесь в том, что в нём скрыто стремление разгадать мотивацию поступка или действия. Недаром же спецслужбы непременно интересуются мотивацией: зачем имярек это сделал? Если доищутся — всю цепочку вытянут. И будет он, разгаданный, как голый среди волков.

Потому-то каждый и норовит беречь свою мотивацию как зеницу ока: никому же не хочется, чтобы разгадали его сокровенную тайну, его загадку. Вот вопрос «Зачем?» и не любят. (А заодно и тех, кто его задаёт).

Есть, конечно, и другого рода рискованные вопросы, например, «С какой стати?» За этим стоит не только обилие хорошо осмысленной и переваренной информации, знание сути дела, желание поставить зарвавшегося собеседника на место, а ещё…, а ещё элемент иронии. Всё могут простить, а иронию — нет. Ибо ирония — это такая дама, которая стоит на пьедестале и смотрит свысока. Вряд ли кто-нибудь любит, когда на него смотрят свысока, посему за такой вопрос и побить могут если что.

У вопроса «Зачем?» самая большая родня. Это ещё и «Для чего?», «С какой целью?» и даже старенький, дышащий на ладан пенсионер-вопрос «Почто?» Все они отвечают за самые разные оттенки, потому и нужны, а уж работают потом кто как может.

От правильно поставленного вопроса многое зависит. Вот ситуация. Школьники в отместку учительнице сделали что-то плохое. Она бежит жаловаться к директору. Является грозный директор. И он в лоб задаёт совершенно неграмотный вопрос:
— Кто это сделал?
В ответ — молчание. (Конечно, кто захочет прослыть ябедой, выдать друга?).
Грозный директор! Пожалуйста, смените интонацию и спросите:
— Почему вы это сделали?
Или же: «Зачем?». Будет больше толку.

Двоюродный брат наших «Зачем?» и «С какой стати?» — вопрос «Для чего?» — носит более конкретный и приземлённый характер, а потому менее интересен: в нём нет потаённого смысла, подтекста, загадки.

Имеются у вопроса «Зачем?» также троюродные шумные братья «На кой-чёрт?» и «На фига?», но они ничего нового не добавляют к сути вопроса «Зачем?». Они лишь грубее и наглее, только и всего. И хотя в определённых кругах они пользуются большой популярностью, мы их даже рассматривать не будем (потому что не надо хамить!).

Как бы там ни было, но всякий раз свой вопрос следует продумывать получше, а то неровён час, есть риск заслужить и такую оценку любознательности: «Один глупец может задать такой вопрос, на который и сто мудрецов ответить не смогут». Если чувствуете, что это ваш вопрос и можно возвысить себя над мудрецами таким способом, то скорее задавайте его.
Или не задавайте.

???

Задающие вопросы бывают надоедливы. Общение превращается в пытку. Они заставляют собеседника непрерывно думать, искать ответы. Они сами не замечают, что теряют чувство меры. Это утомляет, давит на психику (вспомните детей-почемучек).
Многие заводят собак, кошек, хомяков и молчаливых рыбок лишь из-за того, что те не задают никаких вопросов. Да-да. Общаться с ними можно сколько угодно, а со своими вопросами они в душу не лезут. Рыбки в этом отношении просто находка.

Не задать иной вопрос — особая наука. Недаром народная мудрость гласит: «Молчи, дурак, за умного сойдёшь». Ибо иной вопрос порой свидетельствует и о культуре, и воспитанности, и подготовке к беседе. Снова риск. Скажем, бестактный вопрос опасен тем, что на него можно получить бестактный ответ (если собеседник находчивый попадётся), — и таким образом сесть в лужу при всём честном народе.

Ещё одна разновидность — глупый вопрос — нередко свидетельствует об уровне образованности, а то и просто недогадливости спрашивающего, что всё равно непрестижно. Например, общепринято, что какие-то вещи нужно знать в своё время и не прозевать рубеж.

Допустим, если кто-то не знает, сколько дней в году, то это простительно лет до восьми-девяти, а дальше уже нет. Если ему пятнадцать лет и он вздумает вслух поинтересоваться количеством дней в году, — как на него посмотрят?

Но если человек в семнадцать лет не знает, сколько лет Иисусу Христу и задаёт такой вопрос, то это уже никуда не годится. Это означает, что он до сих пор сам не читал, дома не сказали и в школе мимо ушей пропустил, что наше летосчисление ведётся от года рождения Христа (Рождества Христова). Если же знал, то надо было просто пошевелить мозгами, никаких вопросов не задавать, а самому тут же вспомнить, какой сейчас год на дворе, — тот и назвать.

Своим умом до каких-то вещей доходить бывает очень полезно; а не задать вопрос, не позволить себе рот открыть — это хоть и не подвиг, но всё-таки кое-что и спасение от позора, Сообразительность, догадливость и смекалка хорошо спасают, но спасают они лишь тех, у кого есть хоть какие-то знания. А если их нет, то на нет и суда нет.

На свете имеется превеликое множество глупых вопросов, но я на них останавливаться не буду, поскольку в основе большинства из них лежит общая беда — недостаток образованности (раньше это называлось невежеством). На такой почве глупость цветёт пышным цветом.

Не огорчайтесь. Глупым быть в наше время — это не самое страшное (вот лохом — это хуже, это беда малоинформированного в какой-то отрасли знаний человека. Но это другое, сейчас не о том речь). Когда возникает необходимость выбора между дураком или подлецом, то я всегда на стороне первого. Да и вообще дураков на Руси всегда любили и любят.
Дурак — он же свой, родной, тёплый (и герой всех русских сказок, где каждый третий сын в семье — Иван-дурак). Ну недогадливый, так разве ж он один такой? Тем более, что, в конце концов, и дурак, если он не идиот, может стать умным. Когда припечёт…

Теперь о тех, для кого вопросы, вернее, умение задавать их, является частью профессии. Это — журналисты. Опытные газетчики обычно не спрашивают то, что первое в голову взбредёт. Они знают цену поговорке «Слово не воробей, вылетит — не поймаешь» и своих воробьев придерживают.
Особенно тщательно готовятся они к пресс-конференциям: придумывают вопросы поярче да позамысловатее, с подковыркой. Пресс-конференция — это парад Вопросительных знаков. Но каждому разрешают задать вопрос всего один раз, поэтому он не должен быть ерундовым. Да и не затем пришли сюда старые газетные и телевизионные волки, чтоб такие вопросы задавать.
Для этого есть другие, кто поглупее. В любой аудитории всегда найдётся кто-нибудь прыткий и нетерпеливый, у кого «слово — не воробей» вылетит досрочно. Иной и является-то не затем вовсе, чтобы выудить полезную информацию, а так — на людей посмотреть и себя показать да щегольнуть своим вопросом, как модница необычным украшением.

Старые газетные волки, они же акулы пера, сначала дожидаются, пока глупость сморозит необстрелянная молодежь. Или же задаст вопрос, который лежит на поверхности. И старики будут знать ответ, не платя большой цены. Чуточку терпения — и ответ свалится прямо в руки, как спелое яблоко. А потом можно и своим вопросом блеснуть — продуманным, хорошо отточенным.

Правда, и молодые теперь не лыком шиты. Они тоже знают: после острого вопроса можно проснуться знаменитым. Есть смысл рискнуть, а там видно будет: или грудь в крестах — или голова в кустах.

Страна ещё не забыла, как в мрачном августе 1991 года в СССР случился путч, и главари ГКЧП, заранее предвкушая победу, устроили пресс-конференцию. (Обстановка в зале, как и во всей стране, была гнетущая: смещён законный президент, впереди — неизвестность). Разрешили задать вопрос молоденькой журналистке. И она задала его грозным гэкачепистам. Дословно не помню, но суть такова: «А не кажется ли вам, что вы совершили государственный переворот, и вам потом придётся отвечать за это?».
У грозных прохиндеев стали трястись руки, и тут — молодцы, телеоператоры! — не растерялись, показали это крупным планом. И тогда все поняли: путч лопнет как мыльный пузырь, что и случилось через несколько дней. Но напряжение у всех стало уходить именно с этой минуты.

А какой широкий общественный резонанс имел крохотный вопрос, которым выстрелила молодая ростовская журналистка «в розовой кофточке» в знаменитого Филиппа Киркорова на его пресс-конференции! Пока её собратья по перу собирались с мыслями, пока у них с кончика языка только ещё готов был сорваться ехидный вопрос об использовании им римейков, она успела первой. И сколько шума наделала! Все потом целый год говорили о том, как юная журналистка сбросила Зайку-зазнайку с пьедестала.

Неожиданным вопросом можно и пафос сбить, когда надо, как сделала это одна из ведущих телепрограммы «Школа злословия» Авдотья Смирнова. Встреча в тот вечер была с балериной Анастасией Волочковой, которая, рассказывая о себе и своём творчестве, уж слишком долго витала в облаках. Тут ведущая, пригасив весёлые чёртики в глазах, задумчиво спрашивает: «У вас такие длинные ногти — как вы ими в носу ковыряете?». И всё. После секундной заминки и смеха беседа вошла в нормальное русло.

???

Актуальный вопрос, злободневный вопрос, больной вопрос, ключевой вопрос, вопрос по существу, главный вопрос, глобальный вопрос, центральный вопрос, вопрос в лоб, щекотливый вопрос, нескромный вопрос, вопрос на засыпку, наводящий вопрос, риторический вопрос, детский вопрос, женский вопрос, еврейский вопрос, находится под большим вопросом, постановка вопроса, организационный вопрос, затронуть вопрос, поднять вопрос на должную высоту, заострить вопрос, осветить вопрос, обсудить вопрос, поставить вопрос ребром, решить вопрос, закрыть вопрос, срезать вопросом, цена вопроса, история вопроса, квартирный вопрос, жилищный вопрос, шкурный вопрос, немой вопрос, это не вопрос! , принципиальный вопрос, «Быть или не быть?» — вот в чём вопрос, вопрос вопросов, вопрос жизни и смерти, вопросы остались, проклятые вопросы, вечные вопросы…
Вон их сколько, ставших фразеологизмами, устойчивыми сочетаниями и крылатыми словами, — хватит на всех.

Вы думаете, что самый заковыристый и сложный вопрос — это тот, который человек задаёт другим? Увы, нет. Самый трудный вопрос — это тот, который человек задаёт себе. Время, когда человек начинает задавать вопросы не только другим, но и сам себе, — это время его взросления.

Задавая вопрос себе, а затем самостоятельно отыскивая на него ответ, ребёнок учится мыслить — и таким образом он растит в себе личность.

И стучится какой-нибудь такой вопрос в висках всё время; человек с ним ложится и просыпается. Потому что каждому вопросу непременно нужно найти его пару — ответ. Поиски ответа могут продолжаться долго, порой годами. Пока нет второй половины, вопрос продолжает оставаться открытым, а тот, в чьей голове он возник, не будет иметь покоя.

И только человек найдёт ему пару, решит проклятый вопрос, казалось бы, теперь можно вздохнуть с облегчением — ан нет! — уже другой вопрос стучится и требует: думай надо мной, мучайся!

Опять? Да сколько ж можно мучиться? Душа устала, покоя просит, хоть минуту покоя. Покоя… Абсолютного покоя.

Но абсолютный покой — это ведь… это конец, это — смерть!

Как, уже? Нет-нет, не хочу, не хочу. Пусть буду мучиться, не привыкать, но ведь жить буду — я хочу жить, хочу.

…Ой, что-то вроде бы клубится там, непонятное такое, ввинчивается в голову, стучит в висках. Это что, новый вопрос — и нужно искать ответ? Значит, ещё не конец, и жизнь продолжается?

Спасибо, сутулый. Выручил.

???

Жизнь продолжается, когда предыдущие поколения передают последующим свои оставшиеся без ответов вопросы.
Деды передавали нашим отцам то, что не смогли постигнуть и осмыслить сами; мы безуспешно бьёмся над ними, доставшимися от предков, а что не осилим — оставим своим сыновьям и внукам. А те — своим.
Когда все вопросы будут решены и ничего не останется, и нечего будет, как эстафету, передавать потомкам, тогда связь времён прервётся…

Хвала вам, вопросы, оставшиеся без ответа!

* * *

Р.S. В декабре 2001 года шла по телевидению передача «Что? Где? Когда?» уже с новым составом игроков и без Владимира Ворошилова. Знатоков спросили: какой знак Оноре де Бальзак называл ключом ко всякой науке? Поскольку я давно собираю всё интересное, что связано со знаками препинания, то досрочный ответ у меня был готов. Но уж так хотелось, чтобы игроки догадались, так я болела за них, что правильный ответ был для меня бальзамом на душу. Конечно, это был он, наш Вопросительный знак.

XXX

17 декабря 2001 года, когда я работала именно над этой главой, пришла скорбная весть: умер драматург Александр Володин. Это из-под его пера вышли «Пять вечеров», «Старшая сестра», «Осенний марафон», щемящие стихи «Простите, простите, простите меня…». Боже мой, какая горькая потеря! Совестливый, чистый, умный человек, каких мало. Ведь это он был прообразом моего Вопросительного знака (ещё — Смоктуновский и академик Сахаров).

ЕСЛИ ЛЮДИ ПЕРЕСТАНУТ ВОСКЛИЦАТЬ, ТО МИР ПРОКИСНЕТ ОТ СКУКИ.
НО ЕСЛИ ЧЕЛОВЕЧЕСТВО ПЕРЕСТАНЕТ ЗАДАВАТЬ ВОПРОСЫ, МИР ПОГИБНЕТ.

Эльмира Пасько.

Вам понравилось?
Поделитесь этой статьей!

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.1

  1. Трудно отделаться от впечатления, что хоть автор крепко дружит со всеми знаками препинания, однако есть любимчики, и знак вопроса — едва ли не первейший. А и удивляться нечему: написать такое произведение любителю восклицательных и прочих просто в голову бы не пришло.
    Замечательная глава! Можно было бы лишь добавить, что иногда восклицательный и вопросительный знаки объединяются в пару, но вопросительный всегда первый, а восклицательный лишь поддерживает и придаёт ему дополнительные силы — как в знаменитом выпуске «Ералаша»: «Главное — это интонация!»

    1. Андрей, огромное спасибо вам: рада такому вдумчивому отзыву от заинтересованного читателя.
      Вопросительный знак — один из самых трудных в пунктуации. Недаром для школьников я делаю специальное предупреждение: если эта глава окажется сложной, то не мучиться и пропустить пока.
      Не сказала бы, что вопросительный знак ходит у меня в любимчиках, но то, что это очень умный знак — несомненно. Дружить с ним надо: учит размышлять. У восклицательного знака такой задачи нет . Но порой они удивительным образом уживаются и дополняют друг друга.
      Всё как у людей…