Легион чести

28 июля 1914 был убит эрцгерцог Франс Фердинанд, наследник австро-венгерского престола. Этой провокации было достаточно, чтобы началась Первая мировая война. И первого августа 1914 года Германия объявила войну России. Война для России не была неожиданностью, у нее были свои интересы в этой войне. Однако, призывы защитить братьев-славян, отстоять престиж империи, завоевать Черноморские проливы не находили понимания в народе. Русскому крестьянину не ведомы были эти проблемы.
Развязав войну на восточном фронте, Германия и Австро-Венгрия активно наступали и на все страны военно-политического блока Антанты. Третьего августа 1914 года началось наступление немецких войск на Париж. Четвертого августа 1914 года Англия как участница блока Антанты вступила в войну, оказывая всестороннюю поддержку Франции. Несмотря на это Париж оказался под угрозой захвата немецкими войсками. И правительства Англии и Франции стали срочно просить помощи у России, убеждая российского монарха в необходимости отправить русские военные соединения на Западный фронт. При этом французское правительство гарантировало России предоставление «кредитов на нужды армии и соблюдать интересы российского правительства, как свои собственные». (За три года войны из Франции в Россию через Мурманск и Архангельск было отправлено 130 пароходов. Россия получила в качестве кредита свыше миллиона артиллерийских снарядов, две тысячи самолётов и другое имущество).
В декабре 1915 года Россия, верная союзническому долгу как участница блока Антанты, приняла решение об отправке двух пехотных дивизий численностью 44 000 человек на Западный фронт. В эти дивизии отбирали исключительно «рослых бывалых солдат, преимущественно православного вероисповедания», и они вошли в историю как Русский экспедиционный корпус. Военная структура корпуса и командиры бригад утверждались на самом высоком уровне распоряжением царя. И в 1916 году Русский экспедиционный корпус прибыл во Францию. Как отмечает российский историк Андрей Корляков: «В русском корпусе во Франции были только добровольцы. Приехали сюда, умирали. Умирать все-таки лучше за свою страну, а не за Францию. Хотя и была общая причина воевать, как союзники».
Впоследствии в 1917 году во Франции в эту команду «рослых бывалых» был зачислен добровольцем прапорщик Николай Гумилёв. Надо отметить, что Гумилев уже был «бывалым», участвуя в боевых действиях с сентября 1914 года. За боевые заслуги он был награжден двумя Георгиевскими крестами и орденом святого Станислава с мечами и бантом. Николай Гумилев, конечно, в России для большинства людей известен как поэт. В его стихах в каждой строчке так пронзительно отражается любовь к России, что совсем неудивительно, что этот поэт с самого начала войны встал на защиту своей Родины.
О Русь, волшебница суровая,
Повсюду ты свое возьмешь.
Бежать? Но разве любишь новое,
Иль без тебя да проживешь? Н. Гумилев «Старые усадьбы».

Примечательно, что из всех именитых поэтов того времени добровольцами ушли воевать лишь два поэта: Николай Гумилёв и Бенедикт Лившиц.
Французы встретили прибывших в Марсель русский корпус исполнением гимна России и почётным караулом эскадрона гусар. В ответ прозвучала «Марсельеза» и грянуло русское «ура». И с песней «Было дело под Полтавой… под знамёнами Петра» солдатские роты отправились маршем во временный лагерь.
Боевое крещение российского контингента состоялось в ходе боёв с немцами в районе Шампань-Арденны и форта Помпель. Этот район по сути своей являлся ключом к городу Реймсу на северо-востоке страны. Именно там шли самые ожесточенные сражения Первой Мировой войны. Оборона Реймса стала первой задачей русских. За три дня до прибытия первой русской бригады на передовую неприятель сумел перебросить в район сражения свою «стальную дивизию трёхбригадного состава». Но это не помогло. Первый бой завершился полным разгромом «стальной дивизии». Спустя некоторое время состоялся второй бой. На этот раз противник предпринял газовую атаку. В траншеи первой линии обороны ворвались боевые цепи немцев в противогазах. Но солдаты русского корпуса сражались мужественно. Их штыковой удар был неотразим. Понеся большие потери, неприятель отступил. В тяжёлом бою русские воины отстояли один из национальных символов Франции — Кафедральный собор, в котором с XII века короновались французские короли. В этих и последующих боях русские офицеры и солдаты корпуса завоевали воинскую славу и признание своей доблести. Многие из них получили французские ордена.
Но воинская честь и долг защитника у российского воина были выше наград. Приказ царя был законом, и русские соединения храбро бились и в очередном сражении в районе реки Эн (Эна). Именно там главнокомандующий Франции Жорж Нивель решил нанести главный удар по армии противника, используя всю объединенную армию Антанты. Наступлению основных сил на направлении главного удара предшествовала мощная артиллерийская подготовка. Нивель рассчитывал на внезапность удара, однако немцам удалось узнать о готовящемся масштабном наступлении. Когда пехота французской армии поднялась в атаку, германские войска покинули первую линию обороны, оставив пулемётные расчёты в бетонных укрытиях. Наступавшая французская пехота попала под убийственный огонь немецких пулемётов. Однако, неся большие потери, французы продолжили атаку. Отдельным частям французской армии удалось даже захватить вторую линию обороны. Но они были выбиты оттуда с большими потерями для атакующих. Французы ввели в бой танки. На позиции немецких войск двинулись 128 танков. Чтобы увеличить запас хода, на танки снаружи поместили бочки с горючим. Но эта техническая «новинка» привела лишь к дополнительным потерям для Франции. От малейшего попадания в танки бочки вспыхивали, и техника горела, как факелы. В этом сражении Франция потеряла 120 танков.
Английский историк так описывает эту битву (Джон Террейн. Великая Война): «Это был праздник их дьявольского оружия (немецкого). Они разбрызгивали смерть беспрепятственно, как струи из душа. Такого никогда прежде не было. Французы для поддержки наступления использовали более сотни танков, но они подошли поздно, пробираясь по земле, изрытой снарядами, найдя свою пехоту измученной. Каждый танк, будучи обнаруженным противником, тотчас окутывался огнем и дымом, вокруг него взрывался залп за залпом, и если он еще мог двигаться, то шел вперед в частоколе взрывов. Их потери были очень высокими. Французским воздушным силам также не удалось утвердить свое господство в воздухе. Артиллерия после первой стадии боя ослепла и часто стреляла по собственной пехоте. Неудачу усугубила нехватка осветительных и сигнальных ракет. Серьезно ощущалась нехватка оружия, например гранат. Потери пехоты неуклонно росли. Становились частыми ужасные инциденты, когда целые волны пехоты попадали под перекрестный огонь пулеметов или заградительный огонь. Стало очевидно, что на фоне масштабных французских приготовлений самонадеянность стала причиной непростительной небрежности. Многие детали не были учтены, возможные многочисленные трудности легкомысленно отбрасывались в сторону. Нигде это не проявилось так трагически, как в медицинских войсках: им было приказано подготовиться к поступлению 10 тысяч раненых, по собственной инициативе они подготовили места еще для 5 тысяч — на самом деле раненых оказалось 90 тысяч. Сразу после полудня немцы начали контратаку, к вечеру французы уже потеряли большую часть территории, завоеванной ими с таким трудом. Для французской армии надежды были разбиты. Для Нивелля это было концом». Описывая эту историческую битву, автор даже не упоминает об участии русского корпуса в этой бойне.
В результате стратегических ошибок командующего в этом бою французы потерпели полное поражение и впоследствии эту бездарную атаку с многочисленными жертвами историки назовут «Бойня Нивелля». В «наступлении Нивеля» французы потеряли убитыми и ранеными 180 000 человек, британцы 160 000 человек. Потери германской армии составили 163 000 человек.
После этого разгромного поражения во французской армии начались мятежи, солдаты отказывались повиноваться, покидали окопы, захватывали грузовики и поезда, чтобы отправиться в Париж. Нивель был снят со своего поста. На его место получил назначение генерал Петен. Новый командующий очень жёстко подавлял все дисциплинарные нарушения в армии. Был даже отдан приказ о введении смертной казни за отказ повиноваться.
Провал наступления и огромные жертвы вызвали возмущение и в среде русских солдат. Русские военные все больше стали задумываться о своей роли в этой нерусской войне. В это же время из России пришло известие о февральской революции. Государь Николай II отрекся от престола. Власть перешла к Временному правительству. Военной миссией в Париже был подготовлен и доведён до военнослужащих приказ: «Считать высшей властью Временное правительство. Офицеры Русского экспедиционного корпуса должны исполнять свой служебный долг перед Россией и Францией и поддерживать честь русского офицера и солдата в глазах наших союзников». Однако никакие призывы и даже угрозы не дали результата.
Очень скоро в России снова сменилась власть. И большевики третьего марта 1918 года подписали с Германией «позорный Брестский мир» и отказались платить по царским долгам своим бывшим союзникам. Это привело к тому, что ко всем русским во Франции стали относится как к предателям. Их жертвы оказались бессмысленными. Все чаще в русских частях стали вестись разговоры о возвращении на родину. Но России, стране Советов экспедиционный корпус был уже не нужен. Как следствие этого солдаты подняли настоящий бунт и отказывались исполнять приказы командиров. Они требовали вернуть всех на историческую родину, в Россию, которой, увы, уже не было. Французское командование все требования корпуса пресекало. Заслуги и подвиги русских солдат были забыты. Русские части были выведены с боевых позиций и направлены в район города Лиможа в лагерь Ля-Куртин в глубокий тыл. Мятежников отделили от желающих продолжать участие в боевых операциях. Над бунтовщиками была учинена расправа. Применение силы «против ослушников боевых приказов — как отдельных лиц, так и целых частей не было исключением в цепи событий того времени». После подавления мятежа многих солдат депортировали в Петроград. Прапорщик Гумилев, который в то время находился в этом корпусе, был переведен в шифровальный отдел Русского правительственного комитета. Однако кабинетная работа не устраивала его, и в апреле 1918 года поэт добился возвращения в Россию.
Оставшихся русских солдат и офицеров объединили в одну особую бригаду. На этом история Русского экспедиционного корпуса была закончена. Из тех, кто согласился продолжить военные действия русский генерал Лохвицкий и полковник Готуа решили сформировать Русский Легион. Началась новая глава истории русских воинов во Франции — история Русского Легиона. Вот как пишет о формировании Русского легиона во Франции в оставленных мемуарах штабс-капитан В. Васильев: «Декабрь 1917 года. Старшие начальники не получали никаких инструкций. Красный Петроград молчал. Среди этого хаоса, подлости, малодушия раздался смелый голос рыцаря без страха и упрека полковника Готуа, гурийца родом. Он звал офицеров и солдат встать на защиту поруганной чести России и русского мундира. Он звал формировать Русский Добровольческий Отряд и довести вместе с союзниками борьбу до победного конца. Чтобы в день победы в рядах союзных войск была хоть одна русская часть с национальным флагом». Русский Добровольческий отряд по мере увеличения его численности превратился в крупное боевое соединение. Впоследствии это соединение стало назваться Русским легионом. И в сформированном Русском легионе, как пишет штабс-капитан В. Васильев, была представлена «…вся многоплеменная Россия: великороссы, малороссы, грузины, армяне, евреи, татары…»
В условиях свергнутой монархии, дав клятву на «верность Царю и Отечеству», русские офицеры не нарушили эту клятву до конца своих дней.
Следует отметить, что офицеров царской гвардии отличала, прежде всего, безоговорочная преданность монархии. Но монархии уже не было, как и самого монарха. Но союз стран Антанты, скрепленный рукою русского монарха, остался. Это понимали русские офицеры и помнили свою клятву верности «Царю и Отечеству». Эти офицеры и составили основной костяк Русского Легиона Франции. К началу 1918 года Легион насчитывал более тысячи пятисот легионеров. Пятого января 1918 года Русский легион прибывает в военную зону и прикомандировывается к знаменитой Марокканской ударной дивизии, лучшей во Франции. Боевая слава этой дивизии была так высока, что служить в ней считалось большой честью. Несмотря на то, что в соответствии с Брестским мирным договором Россия вышла из войны, Русский Легион готов был сражаться за землю Франции. После заключения Брестского мира Германия получила возможность перебросить 44 дивизии с переставшего существовать Восточного фронта на Западный, создав численный перевес над армиями Антанты. Немцы планировали прорвать фронт, начать манёвренную войну, и разгромить англофранцузские дивизии. Это надо было сделать непременно в начале 1918 года до прибытия основных сил Антанты, когда в ее составе должна была выступить и американская армия. Пользуясь несомненным преимуществом в живой силе и технике, в конце марта немцы повели бешеную атаку на севере Франции. Эту атаку ждали давно, к ней готовились, зная, что она будет исключительно кровавой. Но атака превзошла все ожидания.
Английские войска в беспорядке хлынули назад. Немцы врезались клином между английской и французской армиями. Но в критический момент была поднята по тревоге Марокканская дивизия, которая держалась в резерве. Она переходит в контратаку.
Этот бой нашел отражение в книге французского издателя «Страницы Славы Марокканской Дивизии»:
«В наиболее критический момент, когда вся наша атакующая пехота казалась прикованной, вросшей в землю, вдруг, внезапно, на равнине появляется небольшая часть, как бы восставшая из ничего!
Она смело бросается вперед между зуавами и нашими стрелками, со штыками, устремленными на неприятеля. Не обращая внимания на пули и град снарядов, эта „восставшая из ничего“ часть наносит им страшные потери. С офицерами во главе прорывает первый ряд неприятельских укреплений и отбрасывает его с дороги… Кто же эти бесстрашные храбрецы, кричащие что-то на непонятном языке, и которым, — невероятная вещь, — удалось пройти через пространство смерти, остановившие наших стрелков и зуавов?!
Это были РУССКИЕ Марокканской Дивизии! Слава им и вечная память как павшим в этом бою, так и оставшимся в живых, которые, не будучи в состоянии удержаться на занятой позиции, считали своей обязанностью под прикрытием ночи вернуться и вынести трупы своих убитых товарищей, оставшихся на неприятельской позиции».
Французская пресса широко извещает о героизме и жертвенности русских легионеров в этом сражении. И впервые называет его: Русский Легион Чести. Приказом главнокомандующего Русскому Легиону вручают Почётное знамя и награждают орденом «Военного креста», учреждённого президентом Франции за особые военные заслуги во время Первой мировой войны. В августе 1918 года главнокомандующий французской армией маршал Фош отдаёт приказ об очередном наступлении. Последовавший за этим совместный удар союзных армий по всей линии фронта положил начало германской катастрофе. Добровольцы Русского Легиона завершили войну на территории побеждённой Германии. Победный сигнал «отбой» прозвучал 11 ноября 1918 года. Этот бой окончательно смыл позор Брестского мира с Русского Легиона.
После окончания войны и заключения Компьенского мира, в ноябре 1918 года город Вормс на юго-западе Германии был отдан русским легионерам для оккупации. Русские вошли в немецкий город победителями. Удивлению и негодованию немцев не было предела. Но радости победы у русских не было. На прощальном построении из сорока пяти тысяч воинов Русского экспедиционного корпуса стояло пятьсот человек русских легионеров — наследников экспедиционного корпуса.
В июле 1919 года в ознаменование великой победы по Елисейским полям Парижа в парадном строю шагали американцы и англичане, бельгийцы и французы, марроканцы и сенегальцы, все, кто участвовал в победе союзных войск. Только русские стояли на обочине, как не причастные к этому событию.

Франция, на лик твой просветленный
Я еще, еще раз обернусь,
И, как в омут, погружусь, бездонный,
В дикую мою, родную Русь.
Ты была ей дивною мечтою,
Солнцем стольких несравненных лет,
Но назвать тебя своей сестрою,
Вижу, вижу, было ей не след…
Только небо в заревых багрянцах
Отразило пролитую кровь.

Это стихи прапорщика Русского экспедиционного корпуса, русского поэта.

Неожиданно от официальной трибуны отделился адъютант и на белом коне подскакал к стоявшей группе русских офицеров. От имени маршала Петена русские были приглашены на почетное место около трибуны Президента. Под крики многотысячной толпы «Vive la Legion Russe!» (Да здравствует Русский Легион!), делегация русских офицеров заняла предложенное место.
Среди делегации русских легионеров присутствовал также ефрейтор Родион Малиновский, будущий Маршал Советского Союза. Французская пресса того времени восхищается боевыми действиями русских, подчеркивая большое количество боевых наград данных Русскому Легиону. И называет его «Legion Russe pour L’Honeour» (Русский Легион Чести). Русский Легион, представлявший здесь во Франции Русскую Армию, часть России, оставшейся после революции лояльной Союзникам, свой долг исполнил. Бело-сине-красный Русский Флаг развевался на берегах Рейна!
Слово, данное Государем и Россией Союзникам, в лице Русского Легиона было сдержано.
Французские военные круги эту верность небольшой русской части поняли и оценили.
Но парад прошел и лестные слова «Legion Russe pour L’Honeour» забыты были быстро. Русских легионеров не приняла чужбина и отвергла родина. Все, кто уцелел или был ранен, оказались брошены на произвол судьбы, каждый выживал, как мог.
После революции 1917 года Русский Легион Чести — единственная русская часть с национальным Русским Флагом, вместе со всеми союзными войсками, довела Великую Войну до победного конца. В конце декабря 1918 года Русский Легион из Марселя на пароходе отправился в Новороссийск. Наибольшая часть бывших легионеров пополнило состав Белых армий на юге России. Часть легионеров пополнила Кавказский стрелковый полк генерала Врангеля. Другие отправились на Восток к адмиралу Колчаку. Были и те, кто поддался агитации большевиков и стал служить в Красной Армии. Полковник Готуа, основоположник Русского Легиона Чести, остался служить в Добровольческой армии Деникина-Врагеля на юге России до конца Гражданской войны. В 1921 году он эмигрировал в Югославию. Умер 13 января 1936 года.
В ноябре 2009 года во время визита во Францию премьер-министра России Владимира Путина был объявлен международный конкурс на лучший проект памятника российским воинам Первой мировой войны.
21 июня 2011 года состоялось открытие Мемориала солдатам и офицерам Русского экспедиционного корпуса в центре Парижа. На торжество собрались потомки русских эмигрантов начала XX века. Многие из них пришли на открытие памятника с фотографиями солдат и офицеров, воевавших в составе союзнических армий в 1915–1918 годах.

Как пишет автор памятника скульптор Владимир Суровцев: «Это памятник просто русскому человеку, которому Франция отдает дань своего уважения». На церемонию были также доставлены знамена российских военных частей: Версальского кадетского корпуса и Русского Легиона Чести. Во время торжественной церемонии открытия памятника был исполнен марш «Прощание славянки». Этот памятник по сути своей есть запоздалая оценка подвига русских солдат.
Потребовалось 100 лет, чтобы расставить все по своим местам и воздвигнуть памятник в двух шагах от Елисейских полей. А недалеко от Мемориала находится мост Александра III, во времена царствования которого был заключен Русско-французский союз со взаимными обязательствами в случае нападения на одну из сторон. Как отмечает французский маршал Фердинанд Фош, обращаясь к истории Первой мировой войны, «если Франция не была стерта с карты Европы, то в первую очередь благодаря мужеству и стойкости русских солдат».
А 29 мая 2018 года во Франции на высоте Мон-Спен был торжественно открыт обелиск в память о воинах Русского экспедиционного корпуса. Здесь во время штурма высоты было убито, ранено и пропало без вести около 2000 русских солдат и офицеров. Монумент стал седьмым по счету памятником, установленным Российским военно-историческим обществом на территории Французской Республики.
Могилы русских солдат разбросаны по всей Франции, во всех местах, где дрались русские воины. Часть русских воинов захоронена на Русском Военном Кладбище в городе Мурмелон Франции.
Как ни удивительно, но в родном Отечестве нет ни одного памятника русским солдатам, погибшим в этой войне. И память о них предается забвению. Наши павшие герои в разных концах света не всегда получают достойную оценку потомками. Новая власть не считает их героями. У нее другие проблемы. Хорошо хоть французы помнят о подвиге русских солдат. Берегут их могилы, ухаживают за ними.

Памятник воинам Русского экспедиционного корпуса в Мурмелоне.

Виктор Леонидов, историк белой эмиграции посвятил Русскому корпусу во Франции следующие стихи:

Русские бригады

Сердце глупое, не бейся
Мыслям скорым в унисон!
Там во Франции, под Реймсом,
Спрятан город Мурмелон,
Где за честь, не за награду, —
Дрались русские бригады
За провинцию Шампань.
А в Шестнадцатый, проклятый,
И по крестному пути
Из России шли солдаты,
Чтобы Францию спасти.
И Европе на отраду,
Изумляя штыковой,
Дрались русские бригады
Чтоб Париж прикрыть собой.
Отгремели все снаряды,
Приняла солдат земля.
Дрались русские бригады
За французские поля.
Время память усмиряет, —
Слава Богу, что живем,
Широка страна родная,
Где упомнить обо всем!
Вен не режем от досады,
Не зальем тоску в вине,
Что забыты те бригады
На забытой той войне.
Только что-то ноет-тянет,
Не дает никак уснуть.
Сердце глупое, не бейся
Мыслям скорым в унисон.
Там во Франции, под Реймсом,
Спрятан город Мурмелон,
Где за честь, не за награду, —
Дрались русские бригады
За провинцию Шампань.

.

Вам понравилось?
Поделитесь этой статьей!

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.1