Из невыдуманного

Мысль написать эту подборку рассказов возникла после посещения концерта одного писателя-сатирика. Любят, знаете ли, писатели-сатирики ближе к окончанию выступления рассказывать короткие веселые истории. Обычно зритель на них реагирует особенно бурно.
Истории эти частично взяты из жизни самих писателей, частично – байки, подаренные приятелями, но многое взято и из Интернета.
А я не такой, я честный! Случаи, которые буду рассказывать, происходили со мной лично или я был свидетелем происшедшего. Зуб даю!

Таксист

Помню, меня таксист вез – из центра на левый берег. Точнее, не вез, а больше стоял в пробках и при этом со мной беседовал. Точнее, не беседовал, а говорил сам. Таксистов редко интересует чужое мнение, им и своего с головой хватает.
Водителем был мужик лет сорока, и для начала он спросил:
– А знаете, что меня беспокоит?
Я хотел сказать, что даже не догадываюсь, но не успел. Таксист меня опередил:
– Больше всего меня беспокоит поток глупой, непроверенной информации, которая выливается на нас с экранов телевизоров и газетных полос. И людям непросто в ней разобраться, отделив ложь от правды, факты от выдумки. Поэтому, прочитав о каком-либо событии или явлении, я десять раз перепроверяю в разных источниках. А вы как?
Я промямлил, что тоже так стараюсь, но времени маловато.
– А время надо находить! – с укоризной сказал водитель. Потом спросил: – Скажите, а вы за то, чтобы мы вошли в Евросоюз, или все-таки вернуться к идее Таможенного?
Я промычал уклончивое, мол, еще не определился. После того как меня укусил за ногу разгоряченный после митинга коммунист, в политические диспуты с малознакомыми людьми предпочитаю не вступать.
– А я все-таки за Таможенный! – заявил таксист. – Потому что Европа нас шантажирует! Знаете как? Не знаете? Так я вам сейчас расскажу. Когда наши политики бывают в Европе, их знакомят с проститутками легкого поведения, а потом это дело снимают на видео. И угрожают: или вы идете в ЕЭС, или все завтра будет в Интернете. Я считаю, что лучше жить бедно, но на провокации не поддаваться! Кстати, вы знаете, кто виноват, что мы живем так бедно?
– Ну…
– Горбачев, евреи и футболисты. Знаете, кто такой Горбачев? Не знаете? Так я вам расскажу! Горбачев – немецкий шпион, которого доставили в Москву в опломбированном вагоне. А потом за развал Союза ему дали Нобелевскую премию…
С этого момента монолог водителя меня заинтересовал. Такой каши в голове я еще не встречал.
А таксист продолжал:
– Про евреев вы и сами все знаете. Они купили все заводы, всю землю, всех политиков и что самое обидное – всех красивых женщин. Нам осталось черт знает что!
– А футболисты? – спросил я.
– Тю! – удивился таксист моей неосведомленности. – Так евреям такие большие деньги нужны для того, чтобы тратить на футболистов. Этим бездельникам евреи миллионы платят!
– Так Ахметов вроде не еврей, – робко предположил я.
– Как это не еврей?! – возмутился таксист. – Он же рыжий!!!
Водитель обиженно замолчал. Надолго. Примерно на десять секунд. Затем спросил, как я отношусь к сексуальным меньшинствам.
Я ответил, мол, мне трудно что-либо сказать по этому поводу, поскольку лично таковых не встречал. После того как в одной компании я рассказал очень смешной анекдот про геев конкретно гею, стараюсь быть острожным с этой скользкой темой.
Таксист заявил, что мне повезло, ибо каждый четвертый пассажир, садящийся в его машину, относится к этим самым меньшинствам, особенно те, которые не дают на чай. И если я хочу знать, то вся голубизна и розовость – это вирус, который запустили на Землю подлые инопланетяне. Их цель: сделать так, чтобы человеческая раса перестала размножаться и вымерла естественным путем – без войн и загрязнения окружающей среды. Таким образом, более-менее хорошо сохранившаяся планета достанется коварным пришельцам. Кстати, Запад уже заражен агентами инопланетян, которые проникли в высшие сферы власти. А православный мир продолжает с вирусом бороться, но силы явно неравны…
Водитель снова на пару секунд задумался, затем поинтересовался:
– А вы в какого Бога верите, в смысле, в какую церковь ходите?
Я ответил обтекаемо: мол, я человек скорее религиозный, чем верующий. После того как в маршрутке я подрался со свидетелем Иеговы, вопросы религии обсуждаю только со своей тещей. И то потому, что я ее сильнее.
– А я буддизмом увлекся! – гордо сказал таксист. – Замечательная штука, оказывается. Весьма духовно развивает. Я занимаюсь им три раза в неделю по два часа…
В этот момент мы наконец-то приехали. Я поблагодарил водителя за приятную, развивающую поездку и дал ему на десять гривен больше, чем сказал диспетчер. После этого я стал ждать «бомбовой» прощальной фразы. И таксист меня не разочаровал.
– Спасибо, – сказал он. – Да храни вас Аллах!

Благодарность

Произошел этот случай, когда мы снимали квартиру на Оболони…
Итак, ночь, примерно часа три. Нас с женой будит громкий стук в дверь этажом выше и мужской крик: «Открывай, я все знаю!» Мужчина стучит все сильнее и сильнее. Слышатся женские вопли: «Не открою! Ты убийца! Люди, спасите, убивают!»
Очевидно, что «убийца» и невинная жертва находятся по разные стороны двери. Мы знаем эту семью: женщина лет сорока пяти, но еще очень даже ничего и ее ревнивый муж, который часто бывает в командировках. Подобные сцены повторяются регулярно. Естественно, мы пытаемся спать дальше. Крики с обеих сторон то затихают, то усиливаются…
И тут в спальню врывается моя дочь с перепуганными глазами:
– Папа, у нас на балконе кто-то стоит!
Я, конечно, не верю, десятый этаж все-таки, но иду проверять.
Включив свет, вижу: действительно, за балконной дверью стоит щуплый невысокий мужичок лет пятидесяти.
Я испуган, но агрессивен. Подхожу к двери, упираюсь лбом в стекло и грозно вопрошаю:
– Ты кто?!
– Я это… сверху, – скромно отвечает мужичок.
– В смысле? – пока что не понимаю я.
– Ну, сверху живет очень хорошая женщина, а ее муж вернулся на день раньше. Выпустите меня через свою квартиру, пожалуйста, – жалобно просит мужчина.
– Так кто ты? – продолжаю тупить я.
– Я – друг. Ее хороший друг.
Тут до меня доходит. Классическая ситуация: жена, муж, любовник. Муж неожиданно вернулся, а любовник, совершив достаточно смелый трюк, спустился на балкон этажом ниже. Я мужика тут же зауважал и, конечно же, ему открыл. Он на цыпочках, неся туфли в руках, повторив несколько раз «простите-извините», прошел через квартиру и тихонько ее покинул. А сверху в это время шел обыск.
– Где он?! Куда ты его спрятала?! – кричал муж.
– Тут никого нет! – отвечала жена. – Я просто боялась тебе, убийце, открывать.
Вроде бы история закончилась. Но не совсем. На следующий день, примерно в 11 утра в нашу дверь позвонили. Моя жена Катя открыла.
На пороге стоял тот самый мужчина в костюме, с цветами, шампанским и конфетами. Причем шампанского было две бутылки.
– Здравствуйте, это я, ваш ночной гость, – представился мужик.
– Я поняла, – сказала Катя.
– Я пришел, чтобы извиниться, – продолжил гость. – И попросить никому о случившемся не рассказывать. А это вам и вашему супругу за доброту и понимание.
– Спасибо, но достаточно было одной бутылки.
– За это происшествие достаточно, – согласился мужчина. – Но вторая на всякий случай. Надеюсь, если что, вы нам еще разочек поможете?..

Профессионал

Мой отец по профессии врач, а конкретнее – акушер-гинеколог. Принял тысячи родов, провел тысячи операций. Тысячи благодарных пациенток и членов их семей, уважаемый человек в городе…
И вот однажды рожает у него одна симпатичная молодая особа. Нормально рожает, в срок, без особых проблем. Мальчик – богатырь, 4200. Все счастливы: и мама малыша, и отец – лейтенант лет 23-х.
Но что-то все-таки молодого папашу беспокоит, и он задает вопрос моему отцу:
– Скажите, я познакомился с Мариной в марте, первая близость у нас была в апреле. А родила она в августе. Такое вообще может быть?
– Это смотря какой врач вел пациентку, ¬– отвечает мой отец. – У хорошего, ну такого, как я, запросто может!
– Спасибо, доктор! – обрадовался лейтенант и больше никогда ни в чем не сомневался.

Комплимент

Бывает, хочешь сказать человеку что-то хорошее, но не можешь подобрать правильные слова. А когда хочешь сказать плохое, слова почему-то льются легко и просто. Но давайте о хорошем.
Ехал я с друзьями в поезде. И очень заботливая, да еще и очень симпатичная проводница была в нашем вагоне. И вот, когда эта дама с четвертым размером груди в третий раз принесла чай, мой приятель Борис решил сказать ей что-то хорошее. А конкретней, сделать комплимент. Времени на размышления не было, нужно было выдать фразу экспромтом. И Борис выдал:
– Эх, какие у вас все-таки красивые соски!
Боря хотел как-то похвалить грудь, которая колыхалась у его носа в момент установки чая на столик. Наверное, это можно было сделать другими словами, но получилось вот так.
Наступила неловкая пауза. Неловкая только для Бориса и его друзей. Потому что проводница вовсе не смутилась.
– Что есть, то есть, – легко согласилась она и, покачивая всем, чем могла, вышла из купе. Той же ночью у нее с Борей случилась любовь.
С тех пор фраза о сосках – любимый комплимент Бориса. Он говорит его всем женщинам, которых хочет. Это проверка. Если женщина не обиделась, значит, она не против.

Таксист-2

И еще одна история о моем общении с таксистами. Точнее, таксистом.
Нашел я фирму, тарифы которой намного ниже, чем у конкурентов. Настолько ниже, что едва покрывают себестоимость перевозки пассажира.
«И в чем подвох?» – спросил я себя сам. Ответ пришел уже во время первой поездки.
Приехал за мной дряхленький «деу ланос». И водитель такой же. Но пожилым водителям я больше доверяю, они осторожней. Правда, этот был слишком осторожен, и вместо обычных сорока минут вез меня почти час. Зато за этот час рассказал много интересного. К сожалению, я не сразу включился в его рассказ, думая о чем-то своем. Но фраза: «Вызвали меня как-то к Щербицкому…» заставила быть внимательней.
– Да-да, именно к Щербицкому, – продолжал таксист. – Привели к нему в кабинет. Василий Григорьевич тут же встал из-за стола, пожал мне руку и сразу спросил:
– Мне доложили, что ты постоянно говоришь о какой-то аварии. А ну-ка давай подробней…
Было это в марте 1986 года. Я уже давно был на заметке у КГБ, потому как они знали, что бывая в духовном мире, я общаюсь с Богом. И он мне рассказывает о том, что было и что будет. Правда, я человек малообразованный, слова Господа понимаю не всегда правильно, или вообще не понимаю. Поэтому тогда в КГБ, а сейчас в СБУ, меня на беседу не часто доставляют…
Водитель, задумавшись, на пару секунд замолчал. Но я вывел его из состояния ступора.
– Так что там Щербицкий?
– А, Щербицкий… Так я ему сообщил, скоро станция грохнет. А что за станция – то ли железнодорожная, то ли космическая, я не разумел. Поэтому Владимир Васильевич меня чаем напоил, пряником накормил и отпустил. А через месяц грянул Чернобыль, и все поняли, что к моим пророчествам надо относиться серьезно.
В следующий раз меня уже Кравчук вызывал. Было это в конце 90-го года. Тогда я снова побывал в духовном мире и принес известие, что скоро все развалится. А что именно – не взял в толк. Но судя по всему, Кравчук сам догадался. Леонид Макарович – он очень умный. И хитрый.
– И часто вы бываете в духовном мире? – спросил я таксиста.
– Раньше, когда водку пил, то частенько бывал. И что там только со мной не происходило! И с Богом я спорил, и с Сатаной я дрался. И хотя с последним не в мою пользу заканчивалось, но Дьявол меня зауважал и перестал на свою сторону перетаскивать. А вот Сталина я побил! Помню, как дам томиком Ленина по голове, так он с копыт и слетит…
Но в 2010-м Господь приказал «Хватит пить!», вот я и завязал. Тогда же в таксисты пошел, чтобы нести пассажирам ЕГО учение. Вот езжу и что-то постоянно несу.
– А в чем суть учения?
– Я человек малообразованный, но мне кажется, ОН говорил, что надо быть хорошим человеком.
– Мне тоже так кажется, – сказал я.
– Правда?! – обрадовался таксист. – Значит, в тот раз я его верно понял! А вот в ноябре 2013-го, когда привезли к Януковичу, я ему слова Создателя не смог точно передать. Бог говорил: «Не надо ему это делать!» А что «не надо», я не раскумекал. И Янукович, судя по всему, не догадался. Виктор Федорович – он не очень умный. Хотя и хитрый.
В этот момент машина наконец-то подъехала к моему дому, и наступил час расплаты. Я вытащил из кармана сто гривен и спросил:
– Скажите, а когда вы беседовали с Богом, он не говорил, что с пассажиров надо брать сумму ниже тарифа?
– Нет, такого он точно не говорил, – убежденно ответил водитель. – Как раз в этом вопросе все было совершенно ясно.
– Бери ровно по тарифу, – сказал мне Господь, – а еще десять гривен сверху.
– Понял! – сказал я таксисту. – Вы себе могли позволить спорить с Богом, а я не стану, – и, конечно же, дал десять гривен сверху…

Перчики и помидорчики

Как-то перед работой нужно мне было сбегать на рынок за овощами. Покупаю я обычно в одном и том же месте – хороший товар и приятная продавщица. Первое, конечно, важнее. Хотя…
Так вот, подхожу к киоску приятной продавщицы, которая с выражением на лице «Я и не такое в жизни терпела» обслуживает дамочку лет 35. Внешний вид дамы, ее манера общения явно говорят, что она экспонат из серии «Земля вращается вокруг меня».
В пакете у дамы уже имеются огурцы и кабачки, и она говорит продавщице:
– А дайте-ка мне еще вон те два перчика.
Чтобы полнее обрисовать картину, сообщаю: киоск заставлен разнообразными ящиками. Поэтому для того, чтобы продать товар, продавщица набирает продукты вне киоска, заходит в киоск, там его взвешивает, выходит, отдает покупателю, берет деньги и дает сдачу.
– 400 грамм, – говорит продавщица, взвесив перцы. – Берете?
– Беру, – отвечает дама.
Продавщица выходит из киоска и слышит:
– 400 грамм?.. Вы знаете, они очень легкие. Добавьте еще один.
Продавщица заходит в киоск, взвешивает три перца. Выходит, происходит обмен товара на деньги.
– Еще что-то? – спрашивает продавщица.
– Теперь все…
– Привет, Сережа, а что тебе? – это милый продавец уже ко мне обращается.
– Нет, не все! – повышает голос дама. – Взвесьте мне еще вот этих помидорчиков.
– Сколько?
– Пять. Нет, шесть штук. Пять… Нет шесть.
– Так пять или шесть?
– Я же вам говорю – шесть! Точно шесть! ¬
Продавщица заходит в киоск, взвешивает помидоры, говорит цену, выходит из киоска, но дама отсылает ее обратно:
– Нет, они слишком тяжелые! Дайте все-таки пять.
Продавщица возвращается, перевзвешивает, выходит. Дама отдает деньги, берет сдачу, собирается, было, отчаливать, но:
– Я тут подумала… Все-таки два перчика!
Продавщица… Ну алгоритм ее действий вам понятен…
Но теперь уж точно все! Дама полностью удовлетворена, но в этот момент у нее звонит телефон:
– Алло, мама?.. Что?.. Ты купила?.. А помидоры?.. А перчики? И перчики?!. Да?.. Ну ладно…
Дама прячет мобильный в сумочку и объявляет:
– Мама все купила. Мне это уже не надо, – и протягивает пакет со всеми овощами обратно…
Как я удержался, чтоб ее прямо там, на месте, не пристрелить – сам себе удивляюсь!!!

Классики и современники

Маршрутка. На одной из остановок влетает небольшая компания молодых людей – две девчонки и парень. Лет им по 17-18, студенты, и судя по словарному запасу скорее техникум, чем институт.
Ребята о чем-то громко беседуют, я не сильно прислушиваюсь, пока не слышу фразу одной из девушек:
– Я щас книжку клевую читаю – девки посоветовали.
Я заинтересовался. Мне бы самому «клевую книжку» почитать. А то ведь по-настоящему волнующего давно не попадалось.
– А про шо книжка? – спросила подруга девушки. Парень ничего не спрашивал, он в это время гладил попу этой самой подруги и, судя по напряженным мышцам лица, размышлял: «Заметит или не заметит?».
– Это роман. Типа, про любовь. В общем, там мужики машинами интересуются – ремонт, гонки и все такое. И один из них, Роберт зовут, знакомится с чувихой. Они в компании сидели, и он незаметно предложил ей уйти. Они из кафешки смотались, погуляли, потом еще раз встретились… Короче, стал он с нею мутить.
Я понимаю: что-то знакомое. Но вспомнить, что за роман пока что не могу. А девушка продолжает:
– Эта чувиха красивая была, типа, аристократка. И на нее друзья Роберта тоже запали. Но он им четко сказал: телка моя – не трогайте. А потом захотел с ней в отпуск поехать, но бабла не было. И друзья ему помогли – продали общий кадиляк.
– Что продали?
– Кадиллак. Но в книжке написано кадиляк… Поехали они в санаторий, там них любовь… Это же двадцатый век, там все интересно!
После «продажи Кадиллака» я все понял. Но мне было интересно, чем все закончится. Я имею в виду, по версии рассказчицы.
– А еще у чувихи, ее Патриция звали, как бы папик был… Так Роберт ее приревновал и жестко забухал. Но Пат сказала, шо у нее с тем крутеликом ничего нету.
– А как называется книга и чем все кончилось?
– Как называется – не помню. А чем кончилось, пока не знаю. Но девки говорили, что эта Патриция от Роберта уйдет.
– Не уйдет она от него, – вмешался я в разговор. – Пат была очень больна, поэтому Роберт и возил ее в санаторий. Она умрет у него на руках. А книга называется «Три товарища».
– Ой, большое вам спасибо! – обрадовалась девчонка. – Теперь можно и не дочитывать!!!

Периоды творчества

Чехия. Карловы Вары. Отель. Мы с женой проходим через длинный холл, где выставлено несколько картин. Жена останавливается у одной.
– Смотри, – говорит она, – девушка, как живая.
Действительно, девушка, грустящая у окна, написана профессионально. Ну, насколько я могу об этом судить.
Тут же перед нами материализуется художник и на чистом русском заявляет:
– Это моя любимая картина! Я над ней работал полтора года. Стоит она пять тысяч евро, но вам, как истинным ценителям, отдам за четыре.
Супруга, желая как-то подбодрить живописца, говорит:
– Четыре тысячи евро? Ну, это совсем недорого. Правда, Сережа?
Я киваю с видом: подумаешь, четыре тысячи евро, для нас это просто копейки.
Художник явно веселеет и сообщает:
– Приходите завтра, я устраиваю выставку, выбор будет еще больше и еще лучше.
На следующий день в холле уже более пятидесяти картин. Размещены они строго по тематике: вначале идут обнаженные агрессивные женщины, затем одетые, но скромные, дальше – собаки, затем – кошки и закончил художник видами Карловых Вар.
– Ну как вам выставка? Что больше всего понравилось? – задает вопрос мастер.
И жена моя абсолютно честно отвечает:
– Все замечательно, но особенно нам понравился КОШАЧИЙ ПЕРИОД вашего творчества.
Мне показалось, что живописец обиделся. К такому выводу я пришел потому, что он к нам больше не подходил и за четыре тысячи евро ничего не предлагал.

Секрет повара

Тот же отель, ресторан, шведский стол. Выбор небольшой, но всё вкусно. Удивляет, что каждый день появляется новое мясное блюдо. Кроме свинины, ягненка, индейки и курицы в понедельник предлагают отведать муфлона. Во вторник – оленя. В среду – медведя. В четверг – кенгуру. Естественно, я всё это пробую. И вот что странно: вкус у всего этого какой-то очень знакомый. А когда в пятницу появилось черепашье мясо, я решил разрешить мучавшую меня загадку.
Около столика с блюдом стоял молодой официант. Молодые официанты в этом отеле, в отличие от служащих постарше, русским языком не владели – чешская молодежь жестко перешла на английский.
Но я заметил: чешский очень похож на украинский. Поэтому я подошел к парнишке и с галицким акцентом сказал:
– У кухаря добра фантазія. Просте теляче м’ясо він видає за муфлона, кенгуру та оленя…
– Че то так! – радостно удивился парень. – Ви зрозуміли. Але…
Что «але», я так и не узнал, потому что подоспел официант постарше
и отослал молодого фразой «шел вон, блазень!». То есть обозвал дураком и прогнал. Ну и поделом! Нечего выдавать иностранцам секреты фирмы!

Плохой хороший дядя

Иду я по улице, вижу обычную ситуацию: мальчик лет трех плачет, а мамаша его пугает:
– А ну перестань реветь. А то плохой дядя тебя заберет!
Через пару секунд я оказываюсь рядом, и мамаша, показывая на меня, уточняет:
– Вот этот плохой дядя тебя сейчас заберет!
Мне обидно, что я оказался плохим, но подыгрывая, я протягиваю руку малышу:
– Пошли со мной!
И тут происходит следующее: пацан перестает плакать и радостно бежит ко мне. Я подхватываю его на руки, ребенок обнимает меня за шею, как бы ища защиты. Мамаша в шоке…
Ребенка, конечно, пришлось вернуть родительнице. Хотя в моей семье ему наверняка было бы лучше.

Открытие

Киев, девять утра, вагон метро. Я сижу и просматриваю редакторские правки в своей повести, которая должна появиться через пару месяцев в журнале «Радуга». Читаю быстро, исправлений не так много.
И я замечаю, что вместе со мной с большим интересом, то есть уставившись в мои бумаги, повесть читает и симпатичная блондинка лет 25-ти. Блондинка замечает, что я ее заметил, и говорит:
– Очень интересно. И очень современно. А вы автор этого произведения или редактор?
– Я автор.
– А как ваша фамилия?
– Зачем вам? Моя фамилия пока что не слишком известна.
– Да?! – обрадовалась девушка. – Но тогда получается, что это я вас открыла!

Театральная история

Однажды моя дочь Вика повела меня в театр. Сам бы я ни за что не выбрался, потому как у меня отпуск, а в этот период лучшие друзья – диван и пульт от телевизора. Тем более по телевизору показывают чемпионат мира по футболу. А конкретно: «Аргентина – Бельгия». Но я предпочел театр, ведь дочь я люблю сильнее, чем Месси.
Билетов у нас на руках не было – решение посетить храм Мельпомены оказалось спонтанным и созрело в красивой рыжей голове за три часа до начала представления. В том, что в зрительный зал мы попадем по любому, у меня сомнений не возникло – лето, жара, рядовой спектакль в исполнении местной киевской труппы.
Перед тем как приобщиться к прекрасному, мы с Викторией зашли в бар недалеко от театра. Пообедать дома мы не успели и решили сделать это в общественном заведении. Пища там вкусная, зато очень вредная. Извините, наоборот: вредная, зато очень вкусная. А еще я заказал себе немного водочки. Ведь мы шли на комедию, а мой приятель Миша Агранат всегда учил: «Постановка покажется вам намного смешнее, если выпить перед нею сто грамм».
У театральной кассы мы были за двадцать минут до начала действа. Аншлага там не наблюдалось. Оказалось, на сегодня билетов уже нет. Точнее осталось пару штук где-то в углу балкона по пятнадцать гривен. Ну знаете, такие места, где колонна закрывает вид на сцену…
Повторюсь, у кассы было пусто. Зато у окошка с надписью «администратор» выстроилась очередь человек двадцать пять.
– Скажите, пожалуйста, – обратился я к кассирше, – а куда стоят все эти нарядно одетые люди?
– Это… Это работники театра и… их знакомые, они решают свои вопросы, – ответила кассирша и почему-то покраснела.
Данная ситуация показалась мне очень знакомой:
«Где-то я это уже видел… Точнее, читал… Блин! Это же Ильф и Петров!» В памяти возникли строки:

«– Как я не люблю, – заметил Остап, – этих мещан, провинциальных простофиль! Куда вы полезли? Разве вы не видите, что это касса?
– Ну а куда же, ведь без билета не пустят!
– Киса, вы пошляк. В каждом благоустроенном театре есть два окошечка. В окошечко кассы обращаются только влюбленные и богатые наследники. Остальные граждане (их, как можете заметить, подавляющее большинство) обращаются непосредственно в окошечко администратора».

Со времени написания «Двенадцати стульев» прошло почти девяносто лет, однако мало что в театральной жизни изменилось…
Но что же делать? Я не был работником театра либо его знакомым… Правда, я был на кураже! После ста грамм водочки у меня иногда бывает кураж. И дочь смотрела с надеждой – «Отец, сделай что-нибудь!» Как там поступил потомок янычар?

«Остап врезался в очередь… крича – «мне только справку, вы же видите, что я даже калош не снял», – пробился к окошечку и заглянул внутрь…
– Два места, – сказал Остап очень тихо, – в партере.
– Кому?
– Мне.
– А кто вы такой, чтоб я вам давал места?
– А я все-таки думаю, что вы меня знаете.
– Не узнаю.
Но взгляд незнакомца был так чист, так ясен, что рука администратора сама отвела Остапу два места в одиннадцатом ряду…»

Во мне нет находчивости и наглости Остапа Бендера, зато я всегда ношу с собой просроченное удостоверение – «Заместитель начальника креативного отдела телеканала «Интер».
Я врезался в очередь, крича «Телевидение, главный канал страны! Срочно! Пропустите!».
– Я от Безлюдной и Фирташа, – назвал я фамилии, которые помнил, и протянул удостоверение. – Два билета в партере.
¬– А кто это – Безлюдная? – спросил администратор.
Вопрос был неожиданным, но я не стал вдаваться в пояснения.
– Два билета, – твердо повторил я.
Секунд пять мы с администратором смотрели друг другу в глаза.
«Только бы не заржать! Только бы не заржать!» – исключительно эта мысль крутилась у меня в голове.
Администратор моргнул первым, и его рука отвела два места в десятом ряду.
С билетами на руках я отбежал от окошка и уж тогда зашелся от хохота. Вика иронично заметила:
– Папа, рано! Спектакль еще не начался!
Во время представления я тоже смеялся, правда уже не так гомерически. В этот день давали «Безумная ночь, или Женитьба Пигдена». Публика веселилась вовсю, а по окончании устроила актерам овацию. Стоя.
А на выходе из театра меня ждал сюрприз. Точнее, администратор. Рядом с ним стояло и мило улыбалось симпатичное существо лет восемнадцати.
– Вот! – сказал администратор.
– Что «вот»? – не понял я.
– Маша, – пояснил он. – Моя племянница. Давно мечтает попробовать себя в роли ведущей телеканала «Интер»…

Немного о научной интеллигенции

Мне посчастливилось закончить мехмат Одесского университета. Должен сказать, что большинство преподавателей было интеллигентными людьми. Правда, у каждого эта интеллигентность проявлялась по-своему.
Физику нам читал Виктор Шевчук. Он никогда не повышал голоса, не выгонял «до конца семестра». Виктор Николаевич умел сказать такую фразу, которая отбивала всякое желание вести себя на лекции неприлично. Например, сидела Маша Лукьянова на первой парте и внаглую красилась. Физик подошел к ней и тихо изрек:
– Лукьянова, я не выставляю вас за дверь только по одной причине… Я, как мужчина, вообще не привык этого делать.
Лукьянова тут же стала фанаткой физики. А может, преподавателя. Но в данном случае это не важно.

***

Практику по дифференциальным уравнениям вел Александр Реутов. И постоянно занижал мне оценку. Когда я поинтересовался причиной, Александр подробно пояснил:
– Понимаете, Сергей, я не только преподаватель, я еще и человек. Поэтому могу быть слабым и руководствоваться эмоциями. Возьмем ваш случай. Вы сидите за одной партой с Таей Гончаренко и явно к ней неравнодушны. И что особенно неприятно, она отвечает вам взаимностью. Но дело в том, что Тая нравится и мне. Так скажите, как после всего этого я могу вам поставить «пять»?! Надеюсь, вы меня поймете и простите.
Я его понял и простил.

***

Теорию дифференциальных уравнений преподавала одинокая интеллигентная женщина лет сорока – Рада Грабовская. Рада Георгиевна была очень принципиальной в вопросах списывания. Незнание она могла простить, списывание – никогда.
А Юра Савченко не мог не списывать. Нет, парень он был неглупый. Задачи решал легко, всё понимал. Но запомнить почти 50 доказательств теорем было выше его сил. Поэтому Юра применял «бомбы», которые лежали в тайном кармане его пиджака. Карман ему специально пошила и замаскировала мама. Юрий пользовался бомбами мастерски. Ему хватало и пяти секунд, чтобы вытащить и положить на парту нужную. Благодаря своему пиджаку Савченко был отличником. Правда, до этой летней сессии.
Раде Георгиевне показалось странным, что в сорокаградусную жару студент пришел на экзамен в пиджаке, когда все остальные – в футболках или рубашках. Врожденная интеллигентность помешала Раде высказать предположение, что у студента там шпоры, однако позволила попросить Юрия снять пиджак. Юрий ответил, что так ему удобнее. Преподаватель настаивала, студент отказывался…
Через полтора часа Савченко блестяще ответил на вопросы билета и решил задачи. Но неожиданно Грабовская повелела студенту доказать еще одну теорему, которая не из билета. Юрий не доказал. И следующую не доказал. И еще одну. И еще… И получил «двойку».
Через неделю Савченко явился на пересдачу, причем снова в пиджаке – «два балла». Затем так же пришел осенью – снова «два». И уже зимой, выучив все доказательства, он пришел в свитере. Рада даже не стала его слушать – сразу поставила «пять».

* * *

Еще немного о Грабовской и том жарком лете.
Роман Гецко редко появлялся в университете, поскольку был КМС по плаванию и большую часть времени проводил на тренировках и соревнованиях. Однако экзамены сдавал честно. На «тройку» он всегда знал. И Рома не был осведомлен о тайном кармане Савченко. Поэтому услышав фразу «снимите пиджак», Роман подумал, что интеллигентную одинокую женщину кроме знаний заинтересовали и мышцы Юрия. Но ведь у КМС мышцы-то получше! И Гецко, перед тем как отвечать на вопросы билета, расстегнул свою рубашку почти до пупа – показать ему было что.
Рада Георгиевна, нервно облизывая губы, терпеливо выслушала ответ Ромы, после чего вздохнула и сказала:
– Ну что ж, за «дифференциальные уравнения» – «три», а за фигуру «пять». Итого «четыре». И пожалуйста, застегнитесь. Не дразните мое и без того больное воображение…

* * *

Но самым причудливым образом интеллигентность проявлялась у преподавателя программирования – Бориса Остроумова.
Борис Семенович принимал экзамены долго и очень придирчиво. Длился этот процесс часов десять. Но без еды он долго выдержать не мог. Однако есть бутерброды перед не менее голодными студентами – неинтеллигентно. Поэтому он кушал конфетки. Но кушал их особым способом: вытаскивал конфету, разворачивал, поворачивался к студентам спиной, клал ее в рот, поворачивался обратно и, краснея, начинал медленно жевать.
И вот в ту же летнюю сессию мой друг Вова прокомментировал данную трапезу из коридора, откуда подглядывал в ожидании своей очереди на экзамен. А если конкретнее, он сказал:
– Жрет, собака!
Вове казалось, что эту фразу он сказал тихо, как бы про себя, но это только казалось – слышали все. Остроумов еще больше покраснел, взял со стола бумажку, отвернулся, положил туда конфету, повернулся обратно и спрятал бумажку в карман.
Через два часа Вова сдал экзамен на «пятерку». Борис Семенович был интеллигентным человеком, он ставил оценки за знания, не руководствуясь при этом эмоциями.

Испанские заметки

Отпуск. Испания. Пляж. Лень…
«Отдыхать так отдыхать! – решил я. – В ближайшие десять дней ничего писать не буду. Только записывать».
И я записываю…

* * *

Блондинка загорает на лежаке шириной с кровать для молодоженов.
Рядом с ней муж – шириной с полкровати. Блондинку зовут Света, мужа – Коля. Муж с интересом смотрит на стайку молодых испанок. А молодые испанки, скажу я вам, очень уж хороши – стройные, спортивные, с подкачанными попками…
И Светлана, естественно, Колю к этим попкам, то есть к испанкам, приревновала:
– Коля, куда ты смотришь?
– На волны, видишь, какие они у них сегодня большие.
– Да, вижу, какие они у НИХ большие. Перестань пялиться на девок!
– Я не пялюсь.
– А я говорю, пялишься! Я знаю, лет через десять ты меня бросишь и заведешь себе молодую.
– Света, перестань! Я буду с тобой до самой старости!
– Понятно! Все с тобой понятно! Значит, после старости ты меня бросишь?!
И Света начинает хлюпать носом, Николай, как умеет, пытается супругу успокоить.
– Перестань, я буду с тобой до самой смерти.
– Ты хочешь, чтобы я побыстрее умерла?!
У Коли ступор. Тяжело бороться с подобной логикой…

* * *

Ненавязчивый сервис на городском пляже чем-то напоминает наш Крым. Прошел один испанец, разрезал ананас и дал блондинке самое вкусное. Прошел второй – накормил ее булочкой. Третий – напоил кокосовым молочком. Все за деньги, естественно. Но Света сервисом очень довольна. И свое удовольствие она выражает такими словами:
– Видишь, Коля, как всё здесь замечательно устроено! Прошли трое мужчин, заодно и в рот дали…
После этой фразы раздается одинокий дурацкий смех. Это мой смех. Я почему-то посчитал фразу девушки слегка двусмысленной. Остальной народ не отреагировал – вокруг валялись сплошные немцы и англичане. Учите русский, бездельники!

* * *

Снова Света и Коля. На этот раз в ресторане. Время завтрака. Я сижу к ним спиной и слышу Светин голосок:
– Коля, у тебя сегодня такие интересные мюсли!
Я подумал, что девушка ошиблась или пошутила. Может, она все-таки в восторге от мыслей супруга?
Я обернулся… Нет, все-таки мюсли…

* * *

«Балканский ресторан» в 50-ти метрах от пляжа. Обслуживание на русском языке, да и цены чуть ниже. Понятно, тут «пасутся» в основном граждане бывшего СССР.
Шумно, с криками и песнями отобедала семья из Екатеринбурга: мать, отец, трое детей – двое мальчиков и девочка лет пяти. Родители с чувством поблагодарили официантов и поваров, однако на чай не дали. Семья побрела обратно на пляж, а через пять минут прибегает девочка с большими перепуганными глазами и обращается к официантке:
– Тетенька, у моего брата большие проблемы! – с трагической интонацией говорит ребенок. – Он нуждается в срочной помощи.
– Что случилось?! Говори быстрее! – волнуется официантка.
– Дело в том, что мой брат бросил мои тапки в ваш мусорный бак и теперь не может их достать…
Согласитесь, как все-таки здорово сформулировано: «У моего брата большие проблемы, он нуждается в срочной помощи».
Не каждый взрослый так сумеет…

* * *

Аэропорт. Задержка рейса Тенерифе – Борисполь. У автомата, выдающего напитки, образовалась небольшая очередь любопытных. Только что женщина бросила в прорезь монетами 1 евро 20 центов, набрала двузначный код напитка, однако ничего не получила. Было понятно, что автомат не работает. В такой ситуации надо позвонить по телефону, номер которого указан на передней панели, или сообщить о поломке работнику аэропорта.
– Да ладно, сами разберемся! – уверенно заявляет уже знакомый нам Николай, после чего бросает в автомат два евро и набирает код пива. Конечно же, ничего не происходит.
– Может, все-таки позвонить? – робко спрашивает его жена Света.
– Делать мне больше нечего, как только на звонок деньги тратить! – возмущается Коля, бросает еще одну монету и начинает бить тупую железяку ребром ладони. Затем ногами и головой. Но и эти действия не приводят к успеху. Процесс повторяется до тех пор, пока у Коли не заканчиваются монеты…
Короче, за час ожидания более десяти украинцев подобным образом пытались одолеть поломанный автомат, но ни один, представляете, ни один, не попросил помощи у испанцев. Вот что значит национальная гордость!

* * *

Загорает красавица у бассейна десять дней своего отпуска, будто не подозревая, что недалеко, в каких-то ста метрах от нее имеется океан. Час она неподвижно лежит на спине, потом столько же на животе, затем на одном боку, потом на другом… Затем, выставив левую руку, потом правую. О чем думает она в это время? Какие истины, какие откровения возникают в этой прелестной головке? Сие нам неведомо, ибо является одной из загадок мироздания…

Вам понравилось?
Поделитесь этой статьей!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.1