Исповедь старого блудуна

Скажу сразу: баб люблю, аж!.. Ну, люблю женщин, и всё! И буду любить. Однако следует сказать, что настало время свой блуд слегка, как бы помягче выразиться, ну… ограничить, что ли? В чём причина, спросите? — А случилось следующее…

Был я как-то без машины, не помню, по какой причине, поэтому пришлось воспользоваться общественным транспортом. Ехать долго: полчаса, а то и более. Лето, жара, аж мозги плавятся. Автобус забит под завязку. Захожу, вернее, втискиваюсь, в душный салон, полыхающий жаром, паром, потом и духами вперемежку с перегаром. И… И сидит деваха в шортах и топике! Такую ни Рембрант, ни Сальвадор Дали не только не рисовали, но и вряд ли наблюдали среди своих натурщиц. Это тебе не вульгарный гламур, а настоящая русская красавица! Тёмно-русая, глаза огромные, серо-голубые, слегка с дымкой. Как говорят, с поволокой. Стою, держусь за поручень, любуюсь.

И вспоминаю всех девочек, девушек, женщин в своей уже немалой жизни. Да… Всех не вспомнишь.

* * *

До школы я никого не любил: все девчонки плаксы, ябеды, да и вообще, воображалы. А вот, когда я пошёл к первый класс! Танька. Я был без ума от неё. Тьфу на эту учёбу! Я ходил туда, в смысле, в школу, ради Таньки. И ждал большую перемену, на которой мы играли в «ручеёк». Когда-когда же она меня выберет? Или я её! Почти не дышал, ладошка влажная… Сейчас-сейчас я её возьму за руку. Но… Эх! Таки! Как это редко случалось… Приходилось глубоко вздыхать и ждать-ждать-ждать следующую большую перемену, когда мы опять сможем играть в «ручеёк».

* * *

А сейчас передо мной в тесном и душном автобусе девушка в шортах. Природная блондинка, в меру скуластая, щёки с румянцем, спинка ровная, коленки круглые… Стою и любуюсь!

* * *

А когда нас принимали в пионеры, то галстук мне повязала Зина. Худенькая, белобрысая, но такая милая. Я её тоже любил несколько дней. Были ещё Света, Рая, Люба. Ах, да, Люба не из нашего класса.

* * *

А автобус еле ползёт через пробки и светофоры. Девушка читает брошюру, наверное, стихи. Должно быть, про любовь. Ах, как ты хороша, небесное создание!

* * *

Потом меня посадили за одну парту с Таней, но с другой. Так она мне списывать не давала! Впрочем, потом стала подсказывать и списывать позволяла. Как мы болтали! И на переменах и на уроках. Книжками менялись, обсуждали их. Но… Позже эта влюблённость стала просто дружбой на многие годы даже после окончания школы.

Ах, а как я влюбился в сестру нашего пионервожатого Нину. Любил её, правда, с перерывом, даже после школы, когда я стал курсантом, а она студенткой. А потом она вышла замуж за нашего же одноклассника… Но у меня уже были Катя, Надя…

* * *

А девушка в автобусе чарует меня. Загорелые коленки плотно сдвинуты, аккуратные ножки в лёгких сандалях… А грудь!

* * *

В старших классах, мы уже стали как бы взрослыми, пришлось определяться. Вся школа, от директора до уборщицы Надежды Тарасовны, знала твёрдо: сдадут выпускные экзамены, и Коля с Надей поженятся. Химичка даже замечания в дневнике писала: «На уроке химии обнимался с Надей И.» Но… Не судьба.

И вот я курсант военного училища. Девок на КПП в выходной — не прорвёшься! И все красавицы! Однако, всех я уже любить был не в силах. И я всё осознал. Всё понял. Женился в девятнадцать лет. Ещё не было двадцати, а уже родилась дочь. Кстати, так и живём!

* * *

Автобус, скрипя и рыча, неспешно тащится по раскалённому асфальту. Девушка, не поворачивая головы, скосила кокетливо огромные глаза в окно, обмахиваясь книжонкой. Жарко! Лёгким движением ладони убрала русые волосы с потного лба. Лобик-то высокий — умная!

* * *

Потом я служил лейтенантом в пехотном полку. А у одного подполковника дочь-десятиклассница. Проходу не давала. Худенькая, коленки острые, грудь ещё плоская, не сформировавшаяся. Но огромные томные глазища… Что делать? У меня жена вторым беременна. Пришлось объясняться с родителями. Подполковник молчал, как, впрочем, и я. А мать школьницы сказала: «Терпи, командир…» Терпел. А что я мог сделать, чтобы не обидеть ребёнка? Пусть ей и шестнадцать, но всё равно дитё…

* * *

А автобус дёргается в пробках… Бёдра моей спутницы колышутся. Да, что там: кургузые шорты лишь так, едва прикрывают некоторые места.

* * *

Шли годы… Студентки. Соседки. Коллеги. Случайные знакомые, попутчицы… А что? Я мужчина ещё тот: стройный, ростом не маленький, плечи широкие, живота не было и нет. Подумаешь, что виски с проседью… Да и морщины на лице лишь мужественности придают. Недавно сосед соседку поколотил. Приревновал ко мне. Но я, честно говоря, повода ей не давал.

* * *

Девушка в автобусе что-то заёрзала. Жарко. Душно. Даже сидя ехать длительное время тяжко. Задвигалось молодое тело. Ах, как прелестна грудь под топиком. Да не грудь под топиком, а паршивый лоскут на прекрасном теле. А пупочек!

А я стою рядом, грудь, как мне кажется, вперёд, подбородок вверх, плечи назад. Эх, какой я ещё кавалер!

* * *

И опять вспоминается, как в меня влюблялись школьницы, студентки, молодые выпускницы… Вера, Света, Лида… Ух ты! Ах! Ах!

* * *

Автобус опять резко притормозил. Я не могу оторвать взгляд от прекрасного создания. А она, моё божество, вдруг перестаёт ёрзать на автобусном кресле, встаёт: «Садитесь, пожалуйста, дяденька!»

Ошалел я! Отвисла слегка побритая челюсть, со лба вмиг испарился пот. Рухнул на дерматиновое сидение, не промолвив ни звука… Оставшуюся часть пути смотрел только в окно. На какой остановке вышла девушка, не видел.

Всё! Отблудавался… Уже не я, а мне девушки место уступают в транспорте…

Но всё равно! Баб буду любить, как и любил всегда! Буду!!! Но теперь только своих внучек…

Вам понравилось?
Поделитесь этой статьей!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.1

  1. Скажу откровенно — мне рассказ понравился. А как может не понравиться то, что уже описали классики и что, с таким мастерством в своём творчестве, переплавил автор, который не стесняясь сам в этом признаётся: «Стал «подражать» этим уважаемым авторам да и многим другим…»… кого это может оставить равнодушным? Конечно же никого, и автор этим умело пользуется, что делает честь его находчивости и изобретательности. Возможно карьера автора в армии не задалась (так несколько другие понятия о чести) остановилась на звании гвардии капитана, и он решил самореализовать свой потенциала личности в литературе? Как по мне — это ему с блеском удаётся. Хочется пожелать ему дальнейших успехов и предложить для вдохновения несколько книг «Воскресение» , «Милый друг» , «Лолита» и мою «Потерянную тетрадь» в них есть масса материала, который вдохновит старого блудуна на новые похождения. С нетерпением жду продолжения.
    P.S.
    Удалять комментарии, которые вас чем-то не устраивают, есть признак малодушия. Мужайтесь.

  2. Сегодня в Инете познакомился с Зинаидой Торопчиной. Она хотела сделать комментарий здесь, но что-то у женщины не срослось… Быть может это не скромно для автора, но, как мужчина, я не смог не сделать это за неё. Вот такой я «гусар»… А реально капитан гвардии!!!
    «Красотку юную увидел в зале,
    Взбодрился, преподнёс
    букетик роз.
    «Спасибо, дедушка!» —
    «Вы что сказали?
    Ах, да…» Подвёл опять
    СКЛЕРОЗ…»
    С уважением Зинаида и, стало быть, Николай.

  3. Удар под дых …
    С улыбкой !
    Прошлое переплелось с настоящим …
    Зато есть кого люить … внучки для деда — святое …

    1. Благодарю, Вера, за добрые слова!
      Вот недавно подглядел у Зинаиды Торопчиной:
      «Дед всегда мечтал о внуке,
      Мол, мальчишка — то ли дело!
      Но лишь внучку взял на руки —
      Сердце сразу потеплело!»
      С уважением и любовью ко всем женщинам Николай Талызин.

  4. Николай, скажу откровенно: не то, чтобы мне не понравилось, просто нечего оценивать. То ли рассказ, то ли эссе вы написали кусками, нет целостного сюжета, нет интриги и если кульминационный момент это то, что вашего ЛГ в конце обозвали дяденькой, то стоило ли городить весь тот огород? Как-то Русанов опубликовал зарисовку в которой его, вечно озабоченного вульвострадателя, юная фемина назвала дедушкой. Чтобы раскрыть всю трагедию того момента ему понадобилась пара строк… Вам чуть больше, но смысл один. Ваши душевные переживания по поводу физиологического угасания мало кому интересны.

    1. День добрый, Алик! Благодарю за комментарии. Всё-таки и Вас зацепило, раз раскошелились аж на два коммента к маленькой зарисовки. Я рад, что читатель не прошёл мимо!
      А кто такой Русанов? И какое отношение он имеет к литературе. Подскажите.
      С уважением Николай.

    1. Добрый день, Вера!
      Вас так «покоробило», что голословный упрёк больше похож на плевок в сторону автора и его зарисовки.
      Дабы Вы не расчёсывали затылок в поиске нужной извилины, я Вам подсоблю. Тема, я согласен, не нова, стара, как сами взаимоотношения Женщины и Мужчины.
      С детства помню такие строки:

      «… Вдруг шатёр
      Распахнулся… и девица,
      Шамаханская царица,
      Вся сияя как заря,
      Тихо встретила царя». А.С.Пушкин

      И:
      «Не растут зимой цветы:
      Я красавица, а ты?..
      Чем ты можешь похвалиться?» —
      Говорит ему девица.

      «Я хоть стар, да я удал! —
      Царь царице отвечал. —
      Как немножко приберуся,
      Хоть кому так покажуся
      Разудалым молодцом». П.П.Ершов

      Позже ещё вычитал:

      «Увы, всему на свете есть предел:
      облез фасад и высохли стропила;
      в автобусе на девку поглядел,
      она мне молча место уступила». Игорь Губерман

      А потом понеслось!!! Стал «подражать» этим уважаемым авторам да и многим другим…

      С улыбкой! С любовью ко всем женщинам!!! Мало восклицательных знаков для «баб»? Вот ещё!!!!!!!!!!!!!…
      С уважением к коллегам и читателям всегда ваш «старый блудун» Николай Талызин.

      1. Николай, ссылка на Губермана не делает Вам чести, а то, что, как Вы пишете: «Стал «подражать» этим уважаемым авторам да и многим другим…» Увы… не делает вас писателем.

        1. Отвечу словами М.Жванецкого и А.Райкина:
          «. На сегодня, женщины, я чувствую себя, как никогда! На мне блестящий (в некоторых местах) костюм!.. Я зачесал всё, что у меня осталось, наверх!.. Правда, я пришепётываю при разговоре, посвистываю при дыхании и поскрипываю при ходьбе, но если меня в тихом месте прислонить… к тёплой… стенке!.. — со мной ещё очень-очень можно!.. поговорить!.. — о природе, о поэзии, и о вас, женщины!»
          Алик, бодрись! Ещё не всё потеряно…
          С уважением Николай Талызин.

    1. Благодарю, Алексей! За понимание и мужскую солидарность…
      С уважением Николай Талызин.