Свадебные песни

1

Как ходила сваха в дом
хитрая,
говорила словеса свои,
сети ставила:
мол,
есть купец молодой,
слышь,
богатенький,
от любви слаб, бледен —
ты приголубь.

Как подарки нашивали ко мне
разные,
да не по сердцу были дары,
золоты,
кровью купленные, лихим
промыслом,
под мостом сидельцами с кистенем
дОбытые.

Как играли свадебку —
образА
со стен, гвоздей падали
черные,
заходилось вороньё
хохотом —
ох, закогтили вОроны, вороний царь
лебедушку.

Как поезд вдаль тронулся
от крыльца,
оглянулась на дом родной –
нет его.
Там туманы, пропасти,
гиблый вид,
там отца моего, матери моей
кресты.

Как приобнял меня жених,
муж младой,
так сердечко ретивОе зашлось –
глухой стук.
А не знаешь, кого везешь под родимый кров,
суженую,
то не похоть гоняет впустую желчь –
то голод мой.

2

Жизнь окончилась моя —
заживу, томясь, другой,
была девичья, ничья,
стала женская, его.

3

А мы будем жить с тобой в городе
среди белых стен,
где по улицам по широким толпою
крещеный люд,
где колокола звонят, где светло ночью –
фонари жгут, —
где соборный поп, о. Питирим,
нас анафемствует.

4

А не так мы живем, как повелел Господь,
в светлы праздники плачем, скоромное в пост едим,
а ложишься ты спать и маешься ночь один,
а по веселому делу моя с кем тоскует плоть.

Надеваем платье навыворот, запОем мы пьем песок,
со двора наметем сору в дом — и довольны в нем,
песни поём стрезва, плясом русским гнем потолок,
носим бремя — не я сама одна, мы с тобой вдвоем.

5

Я устала таиться и плакать,
надо было веселою быть —
удержала душевная слякоть
честь свою до тебя прокудить.

Сколько было играющих силой –
кудри вИлись, и телом бодры, —
сохранила себя до постылой,
для осенней, ненастной поры…

6

А в чужой стороне мне век теперь вековать,
а хожу я худая, лежу — не продавливаю кровать.
А молода была, глупа, все ждала: заживу в дому
мужнем, новом, высоком, а чую — себя дойму.

Пью чего красно, сладенько — ох, страсть, голова болит,
и не расходишь боль, сонь, и к работе душа не лежит.
А муж придет, с лаской полезет, так я вся дрожью дрожу,
как ни стараюсь, пробую, изгибаюсь — все не угожу.

***

Да только недолго мне, матушка, терпеть, мыкаться по чужим углам,
весна не начнется, зима не кончится, а я уже буду к вам.
Вся земля нам, страдалицам, будет общая, станет пух;
ох, на чужом погосте, ох, не на отчем кладбище лягу я, отпустив ввысь дух.

7

Темные ночи, в угаре и страхе,
ночи — надейся и жди
красного следа на белой рубахе.
Чтоб затеплело в груди,

тоже не будет. Давай же на эту
глупую, стыдную страсть
ты согласись, прими смерти примету —
первую тления сласть…

8

Ох, часочек, мой часок,
часок утренний,
ох, заветный должок
неоплатный мой.
А кому выплатила я сполна —
вон лежит, ворочается,
кап-кап слюна,
все никак не кончится…

9

Миленькому моему, миленькому
оставила
денюжку-копеечку:
купи себе
пеньку, мать-веревочку
висючую,
выбери обновочку
по случаю.

***

А не увидишь более ты меня,
не пощупаешь;
а вспоминать любовь начнешь,
так и сделаешь
дело над собой, мальчоночка,
ох, неправое;
а не любил бы ты меня, миленький,
а не знался бы.

10

А не слаще ты, сахар-сахарок сахарный,
доли горькой моей, куска сиротского,
а не белей соли жгучей, не тяжелей
тугой плоти моей, тела женского.

11

И что во мне творится, а?
Вместилище каких
сил темных, вод хозяйка я?
Доходов чьих лихих

я поле, чрево? В тьме моей
смесились плоть и кровь
в союзы нет темней, прочней —
в жизнь новую, я — новь

распаханная. Шли дожди,
хлестали по нагой.
Себя мне страшно — впереди
то, что не будет мной.

12

Что в брюхе? — Время, тьмы его,
рост поколений, ход
за край — мое спит торжество
среди тишайших вод.

13

А кого я рожу? — Ты узнай
стати зверя, гладь пеструю шерсть,
ты услышь клекот орлий и лай
песий. Это, не думай, не месть —

это нещечко наше на свет
смотрит, морщится, это сама
жизнь заходится криком, и нет
ей предела. Ты сходишь с ума

от любви и несчастья, твой страх
и убьет тебя — стану одна
надрываться у горя впотьмах,
колыбель колыхая, без сна.

14

И, сделав дело, отошел во тьму,
обставшую обоих. Жизнь за жизнь –
обмен нечестный. Кто б меня спросил,
готова ли я стать твоей могилой,
а будет сын, так Постумом назвать!

15

Как я сердце бедное, на что размыкала
после тебя наследство мое великое?

Малыми, малыми я пила глоточками
водочку, сласть мутную с кипяточечком.

За помин души пила, для тепла пила,
для того пила, чтоб душа за тобой пошла.

16

В страны уедешь белые на житье-бытье
райское. Мне чего? — Маета, вытье.

Боли нет, как в обмороке душа,
омертвела, парнАя, к холоду твоему спеша.

Как ломоть отрезанный, я лежу,
черствею от воздуха, на свет гляжу.

Как ломоть отрезанный — не сжуешь,
другим не доступная — а ты не ешь.

17

Как ты умер — я рыдать,
кожу рвать, себя когтить;
не раздета — на кровать,
не трезва я — дальше пить,

не умыта — со двора,
поглядите, люди все,
в месте сердца что? — Дыра,
смерть на мне во всей красе.

На кого оставил? На
встречного — ищи его —
поперечного — одна
ради горя моего.

Встречи жду. Ужо тебе
и достанется, мил друг,
свет мой, тот в моей судьбе,
с кем совместный упряг туг.

Вам понравилось?
Поделитесь этой статьей!

Добавить комментарий для Ирина Жураковская Отмена

Ваш адрес email не будет опубликован.1

  1. Автор разнопланов. Напевное русское, практически палех. Такая музыкальная роспись. Приговорная.

  2. Как странно: написано мужчиной, но с цветаевскими путанными интонациями, а при этом — широко (по временному диапазону, по разнохарактерности). Хорошо.