Успенск, Париж… Мазепа, Д-Артаньян… «БЫЛ ГОРОДОК» — отличнейший роман!

У Вас такое бывало — начинаешь читать книгу и не можешь оторваться, и читаешь, забывая обо всём, а когда остаётся уже до конца две-три страницы, так хочется, чтобы их было ещё, по крайней мере, двести? Если бывало, то Вам — сюда, здесь именно такая книга — «Был Городок», которую создал талантливый писатель Виктор Шендрик. Книга увлекательная, написанная живо и остроумно. Да и не только увлекательная, но и познавательная, ибо речь в ней идет о захватывающих событиях, происходивших в конце 17-го века в городке Успенске на границе Украины и России, в Азове и Чигирине, в Москве, Варшаве и Париже, а среди действующих лиц — Богдан и Юрий Хмельницкие, Иван Мазепа, Степан Разин и Кондратий Булавин, Петр Первый и кардинал Мазарини, и даже сам капитан-лейтенант королевских мушкетеров месье д’Артаньян, который, как утверждает Виктор Шендрик, был хорошо знаком с Мазепой, но отношения между ними сложились напряженные. Причём, автору веришь безоговорочно, настолько притягивающе и правдоподобно идёт повествование этой удивительной книги.
Кто сегодня определяет уровень русской прозы Украины? Несмотря на нелучшие времена для русского языка и литературы в стране, высококлассных прозаиков всё ещё много. Среди них такие известные авторы, как Анатолий Крым, Александр Лозовский, Алексей Курилко, Владимир Каденко, Борис Финкельштейн, Марианна Гончарова, Олег Недельский, Владимир Бушняк, Инна Мельницкая, Валерий Дружбинский, Юрий Макаров, Виктория Колтунова… В этом ряду по праву находится и Виктор Шендрик, пишущий не только романы и рассказы, но также стихи, и песни. И не только пишущий, но и поющий. Талант его во всех ипостасях проявляется мощно и ровно. И то, что он не знаменит всенародно и не обласкан повсеместным признанием, это — укор времени и тем условиям, в которых сегодня известны и популярны не писатели, а совсем другие персонажи. О времени, кстати, в романе тоже есть любопытный пассаж, выдающий в авторе не только прозаика и историка, но ещё философа и поэта:
…И существует среди основных категорий мироздания одна — рядовым умом трудно постижимая. И категория сия есть Время. Научившись его считать (измерять, засекать, тратить, убивать), человечество ни на шаг не продвинулось в постижении природы. Время же постоянно дурачит человечество кажущейся своей простотой, то есть движется исключительно в одну-единственную сторону…
…Наиболее вольным обращением со временем отличались испокон веков писатели и поэты. И речь идёт не только о фантастах. Горьким полынным привкусом отмечены наши судьбы. Исполнены драматизма перипетии нашего бытия. Они множатся и, пересекаясь, стягиваются в тугие и шершавые узлы. О, как причудливо запутаны их суровые нити! И не всегда мы догадливы, чтобы потянуть любую из них и проследить, и убедиться, что тянется она из далёкого прошлого, да к тому же, из столь отдалённых мест, что имеем мы порой о них довольно смутное представление»…
«…одним из высших благ, дарованных человеку Богом, является незнание собственного будущего. Подумать страшно, что стало бы, знай мы, что готовит день грядущий! Умные люди во все времена понимали это и безжалостно отправляли на костры всяческих ясновидцев и прорицателей. Люди неумные и по сей день пытаются отыскать смысл в «Центуриях» Нострадамуса или, того хуже, трепетно внимают бредовым пророчествам какого-нибудь Глобы. Разумеется, успенцы в конце семнадцатого века пребывали в благодушном неведении собственного будущего и даже не отдавали себя отчёта в том, насколько они счастливы. Мы же, живущие позже, посматриваем на них свысока, плохо осознавая, насколько мы смешны и нелепы пред ликом будущего собственного»…
Время действительно является полноправным героем книги, в которой события уже далёкого прошлого настолько напоминают сегодняшние, только в ином антураже и с другими исполнителями, что просто оторопь берёт. Воистину, «всё, что было, не уплыло», всё повторяется, и «ничто не ново под луной».

Судите сами: «…И разгорелось восстание с новой силой, приобретая в ходе своём все характерные признаки гражданской войны. Обильно, как долги перед получкой, множились повсюду гайдамацкие загоны, представлявшие по сути своей бандитские группировки. Воспетые народом и окрылённые его любовью, гайдамаки носились по всей Украине. Кровожадностью и изощрённой лютостью прославились настолько, что объявись они в сороковых годах двадцатого столетия, вряд ли кто-либо отличил бы их от батальона «Нахтигаль». Картина знакома и характерна для любых времён: стоит появиться правителю, решившему дать народу маломальское послабление, как тут же низменные инстинкты берут верх над разумом и повсюду буйно расцветают грабежи и насилие»…
«…Трудно представить себе количество крови, пролитой как украинским народом, так и многочисленными интервентами. Потери каждой из сторон подсчёту не поддаются, но размеры их ужасающи… Нам понятны интересы венценосцев, понятны и амбиции соискателей гетманской булавы… Но какие силы и побуждения влекли в горнило войны мещан и духовенство, казачью чернь и крестьян, то есть все слои населения, которые и принято именовать народом?
— Воля! — истово твердили они. — Вольности и права!
И отправлялись, одержимые, за этим убегающим миражом, и слагали свои горячие головы в угоду всё тем же неизбывным властолюбцам»…
Как точно подмечено — «неизбывным». Точно, потому что проверено временем. И прошлым, и настоящим. И в этом — прелесть большой литературы — она на все времена, ибо дает возможность понять, осознать и проанализировать ход событий, их подоплёку и неизбывность. Удивительно, что роман до сих пор (а написан он уже более 15-ти лет назад) не привлек внимание кинематографистов. Фильм может получиться отменный. Жизненный. Впрочем, жизнь зачастую более непредсказуема и интересна любого кино. Непредсказуема во всём, в том числе, и в возведении (а также низвержении с пьедесталов) памятников. Автор задаётся вопросом — кому чаще всего ставят монументы благодарные потомки? Ответ очевиден — знаменитым людям. Но кто они?
«…В Италии по сей день сохранились памятники Нерону. Установлены они не Нерону-поэту, хотя водился за ним и такой грешок. Установлены они Нерону — кровожадному и сумасбродному диктатору с явными признаками пиромании. Странно, но факт: наивысшую славу обретают в народе наиболее отпетые бандиты и душегубы. Человека, совершившего одно убийство, садят в тюрьму, и это законно. Монстрам, погубившим миллионы человеческих жизней, ставят памятники, слагают о них песни. ?!»
А вот привет из прошлого студентам, вернее, тем из них, кто во все времена готов быстро и с удовольствием сменить корпение над учебниками и утомительное ведение конспектов на веселое поначалу протестное валяние дурака с чаем, бутербродами и песнями-кричалками на центральной площади страны по первому призыву очередного провокационного ноунейма. Потом приходит жесткое отрезвление и жестокое разочарование. Но это же — потом… Увы, так было, и так есть.
«…студенты всегда оказывались наиболее чуткими к революционным идеям и наиболее склонными к всякого рода волнениям, бунтам и прочим беспорядкам. Направленные умелой рукой, они начинали, а уж потом их поддерживали рабочие и военные, мелкая буржуазия и обыватели. Большие события сулили большие перемены, но… но нередко случалось так, что наступало время очередной сессии и студенты поспешно оставляли баррикады, чтобы, отыскав тощие конспекты, вернуться в аудитории. А на спины брошенных на произвол судьбы рабочих со свистом опускались злые казацкие нагайки… Так было сто, триста и три тысячи лет назад. Так продолжается и в наши дни: вспомним студенческие волнения в Пекине и Киеве. Вот только рабочий класс выродился, люмпены спились, а бандиты теперь не те пошли — нынешним идеи не нужны даже для прикрытия»…
Идеями был переполнен гетман Иван Мазепа, выделявшийся среди современников не только богатством, но и образованием, помноженным на природный ум. Хотя, всё же, судя по изложенным событиям, именно богатство было его главным жизненным ориентиром.

Впрочем, роман — это не учебник истории, и происходило ли на самом деле то, о чем идет речь в книге, кто знает… Но автор очень убедителен, описывая время обучения Мазепы в Сорбонне, его службу гвардейцем при дворе французского короля, а также знакомство с капитан-лейтенантом королевских мушкетеров д’Артаньяном, который с высоты своего жизненного опыта и дал наставление молодому гвардейцу — стать богатым и никогда не упускать своей выгоды. Видимо, история с алмазными подвесками королевы и дальнейшие приключения добавили знаменитому мушкетеру предприимчивости и, как сказали бы сегодня, настроили на прагматичный, бизнесовый взгляд на окружающую действительность. Гетман урок усвоил на отлично, став одним из богатейших людей своего времени. К тому же именно он, как утверждает романист, подарил королю его широко известное выражение:
«…Гвардеец, которых в великом множестве можно было заметить почти у каждого дерева, неожиданно кашлянул и что-то неразборчиво пробормотал себе под нос. Ла Порт одарил нарушившего молчание охранника взглядом, не предвещавшим ничего хорошего, но король вдруг утёр слёзы и спросил:
— Что вы сказали, сударь?
Ободрённый вниманием гвардеец повысил голос:
— Я говорю: государство — это вы, ваше величество.
Король посветлел лицом.
— Государство — это я? Чёрт возьми, здорово сказано! Я обязательно запомню. Как вас зовут, любезный?
— Ив Мазепи, ваше величество! — вытянулся гвардеец.
— Я запомню и вас, сударь…
Иван Мазепа не очень-то обольстился, сумев привлечь к себе внимание короля. Далеко идущая игра, которую затеял Мазепа, требовала прямого выхода на первого министра Франции кардинала Мазарини»…
Встреча с кардиналом произошла неожиданно и действительно стала судьбоносной, подарив не только воспоминания, но и… Впрочем, зачем рассказывать о том, что можно прочитать, получив удовольствие и от содержания, и от мастерства и увлекательности изложения. А заодно узнав, где может находиться легендарный клад Мазепы-Мазарини, что стало самым тяжким камнем преткновения в отношениях гетмана и российского императора, и… многое другое, не менее интересное.
Говорят, что, читая хорошую книгу, мы каждый раз убеждаемся, что мозг — это лучший кинозал. Это в полной мере относится к роману Виктора Шендрика, писателя. который подарил всем желающим возможность заглянуть в самые интригующие моменты отечественной истории, стать, хоть и не режиссёром, но полноправным виртуальным участником событий и заодно поразмышлять о причудливых путях их развития. А ведь размышляя, человечество становится немного лучше, познавая себя и свои возможности.
Думаю о будущем и прошлом, что стало истинным, что — ложным… О том, что сытость — не всегда отрада, а боль, по-прежнему, за всё награда, о том, что хорошо — не значит — бедно. О том, что думать — никогда не вредно.
«Был городок» — книга и о прошлом, и о настоящем, о «героях ушедших времен», и о нас с вами. Книга, читать которую не только не вредно, но и полезно.
Спасибо автору.

Вам понравилось?
Поделитесь этой статьей!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.1

  1. Здравствуйте, Владимир!
    Вы настолько хорошо представили книгу Виктора Шендрика, что я не поленилась, зашла в Интернет и познакомилась с его поэзией и прозой. Впечатление от знакомства с творчеством Виктора Шендрика осталось самое благоприятное. Ваша работа — не рекламный трюк. Вы достойно представили читателям «За-за» как книгу «Был городок», так и её автора.
    Спасибо Вам!
    С уважением,
    Светлана Лось

  2. Великолепная рецензия, интригующая и побуждающая непременно прочитать эту книгу. Давно меня так никто не смог убедить что-то прочесть. Спасибо Владимиру Давыдовичу Спектору и, конечно, Виктору Шендрику за предвкушаемое удовольствие.