„Ladies first“ и „Skip“

Английское выражение «Ladies first» знают все, даже английские футбольные фанаты,
а вот слово «skip» имеет много значений, но одно из них неведомо даже профессорам английской филологии.

Применительно к русскоязычной литературе выражение «Ladies first» означает, что в море современной прозы за последние четверть века появилось, как никогда много, представительниц прекрасного пола. Двумя «золотыми рыбками» в этом море, на мой взгляд, являются Людмила Улицкая и Дина Рубина. За ними следует целый косяк рыбок поменьше размером и всевозможных расцветок. Раньше я полагал, что явление «Ladies first» в первых рядах современной прозы характерно только для России, так как талантливые прозаики-мужчины заняты последние четверть века преимущественно «первоначальным накоплением капитала».

Однако, приглядевшись к другому морю современной литературы — немецкоязычному (в Германии, Австрии и Швейцарии), я обнаружил то же самое явление «Ladies first», и даже в ещё большем масштабе! Достаточно назвать двух «золотых рыбок» немецкоязычной литературы последних лет, Нобелевских лауреатов 2004 и 2009 годов: австрийскую романистку Эльфриду Елинек (на русский переведены все её романы от «Любовниц» до «Пианистки») и эммигрантку из Румынии Герту Мюллер (на русском изданы её романы «Сердце-зверь» и «Качели дыхания»), а её сборник «Король кланяется и убивает» был включён Союзом писателей Швеции в число 10 лучших книг, написанных женщинами. Будем надеяться, что и наши русскоязычные «золотые рыбки» тоже когда-то доплывут до шведских берегов и получат Нобелевские премии.

Но за «золотыми рыбками» немецкоязычной литературы тоже следует большой косяк «серебряных рыбок». Об одной из них, так же эмигрантке из Югославии, Адриане Альтарас, „Za-Za“ уже писала в эссе «Кто Я?»:

http://za-za.net/kto-ya/

Всех названных немецкоязычных женщин-авторов, обьединяет необычный, и часто тяжёлый, жизненый опыт.
Эльфрида Елинек родилась в Австрии сразу после войны. Мать происходила из богатой, католической семьи, отец из бедной, еврейской семьи из Богемии. Отец чудом уцелел во времена национал-социализма только потому, что был первоклассным специалистом. После войны, когда Эльфрида была еще ребенком, он тяжело болел, был прикован к постели, и его болезнь наложила сильный отпечаток на детство и юность автора. А, как известно, «все мы родом из детства», и впечатления детства и юности сформировали содержание и стиль Эльфриды Елинек.
Герта Мюллер родилась в Румынии в немецкоговорящем меньшинстве. Во время войны её отец был солдатом танковой дивизии СС. После войны он работал водителем грузовика, а мать сослали на много лет в лагерь военнопленных на Украине. Став взрослой, Герда испытала на себе все «прелести жизни» одного из самых тиранических режимов — диктатора Чаушеску и бежала от него в Западный Берлин. Этот негативный опыт жизни в семье и в «социалистическом лагере» не мог не проявиться в её текстах — она стала яростным противником любой диктатуры.
Родители Адрианы Альтарас были во время войны партизанами Тито. А через пару десятилетий после окончания войны отец бежал от своего фронтового друга Иосифа Тито и его режима в Италию. Маленькую Адриану переправили в Италию нелегально в багажнике легковой машины, потому что на выезд жены и дочери был наложен запрет. Этот опыт описан Адрианой Альтарас в ее первой книге «Очки Тито».

Но оказалось, что для того, чтобы хорошо писать, негативный жизненый опыт вовсе не является необходимым условием. И наглядный пример тому — Катарина Хакер, новая звезда немецкоязычной прозы.

Хакер родилась во Франкфурте-на-Майне в 1967 году. Безоблачное детство и учеба прошли в одной из лучших и старинных языковых гимназий Германии. Затем в университете Фрайбурга она изучала философию, историю, иудаистику, а потом в Еврейском университете Иерусалима продолжила изучать иврит. Катарина Хакер много переводила с иврита на немецкий и любимым её писателем является Нобелевский лауреат, писавший на иврите, Шмуэль Агнон. Катарина подтвердила это письменно после нашей дискурсии о писателе, подписав мне свою книгу: «Ich liebe Agnon». В 2006 году Катарина Хакер была награждена солидной и престижной немецкой Книжной премией за роман «Бедолаги».

Все свои романы и рассказы, начиная с 1997 года, Катарина Хакер публиковала в крупнейшем издательстве Германии «Suhrkamp». Но в конце 2009 года писательница выступила в прессе с заявлением о прекращении своего сотрудничества с родным издательством. Поводом для разрыва послужила публикация издательством (против воли автора) её романа «Аликс, Антон и другие», являющегося одной из важнейших книг её будущей трилогии. Хакер стала сотрудничать с другим крупным издательством Германии «S. Fischer», где и был опубликован в 2015 году её последний роман «Skip».


Сейчас она представляет новый роман в немецкоговорящих странах. В сентябре этого года авторская презентация романа «Skip» состоялась в Литературном доме Штутгарта.

Скип — имя главного героя романа, израильского архитектора Скипа Ландау. Слово «Skip» можно перевести существительными «пропуск», «скачок», «прыжок» или глаголами «пропускать», «скакать», «перескакивать», «прыгать», «опускать», «удирать».

Герой романа Катарины Хакер двойственен: он архитектор, но не строит новые дома, а реконструирует старые; он живёт в разных городах, но нигде не чувствует себя дома; он женат, но у него нет своих детей и он воспитывает детей своей жены; он наполо-вину еврей, но не чувствует, что Израиль его родина, и Франция, где он родился, тоже.

Автор наделила главного героя тревожной способностью предчувствовать заранее, где на Земле случится трагедия: железнодорожная авария в Париже или падение самолёта в Амстердаме, и где умирает одинокий человек. Скип, повинуясь внутреннему голосу, спешит в эти места, чтобы быть рядом с умирающим человеком, и он успевает проводить уходящего человека в последний путь: «Потому что — это смерть: это всё, что мы пропускаем».

Если бы я переводил роман, то назвал бы его «Пропустивший», поскольку Скип всё время что-то пропускает и живёт несколько отстранённой от реальности жизнью. Своей отстранённостью от жизни он напоминает мне героя романа Альбера Камю «Посторонний». Только «Посторонний» — «блудил и читал газеты», а «Пропустив-ший» Скип сочувствует людям и хочет помочь одинокому человеку, попавшему в беду.
Может быть, половинчатый Скип пропустил самое главное — лучшую половину своей собственной жизни? И может быть, самое главное — как раз то, что мы пропускаем?

Ведущий презентацию диктор немецкого радио, привыкший бодрым голосом читать тексты с листа, спросил Катарину Хакер, откуда она знает, о чём думает мужчина и что он чувствует? Она слегка смутилась, но потом ответила, что с ней делятся чувствами её друзья-мужчины. В разговоре после презентации мы пришли к выводу, что в следую-щий раз на подобный вопрос надо будет отвечать бодрым дикторским голосом: «Мадам Бовари — это Я!» и «Наташа Ростова — это Я!» и «Скип — это Я!»
И тут диктор, неожиданно оторвавшись от листа с заранее заготовленными вопросами, сказал то, что думал сам: ему не нравится Скип тем, что обладая даром, тот всё время пропускает самое важное, не может предотвратить трагедии и спасти жизни множества людей. Автор ответила ведущему, что ей наоборот — нравится её герой именно тем, что он спасает отдельную человеческую душу, а не всё человечество.

Действие романа происходит в Париже, где родился герой, а так же в Тель-Авиве, в Амстердаме и в Берлине, где он попеременно живёт. Скип не тешит себя мыслью, используя свои способности, спасти всё человечество. Он отчётливо понимает, что уже почти невозможно предотвратить трагедии в лондонском автобусе или в мадридском метро, в нью-йоркских башнях-близнецах или в московском театре на Дубровке. Мир стал глобален, един, а смерть — это единственное, что уравнивает людей в этом мире.

Слушая немецкую писательницу Катарину Хакер, я думал о том, что своим новым романом она подтверждает мысли русского поэта Иосифа Бродского: «Смерть — это то, что бывает с другими», и его высказывание: «Мир, вероятно, спасти уже не удастся, но отдельного человека всегда можно». Отдельную человеческую душу и пытается спасти Скип, он пытается не оставить человека одного в момент встречи со смертью.

Мысль эта встречается у многих писателей: Эрих Мария Ремарк говорил, что жениться надо лишь за шесть минут до смерти, чтобы было кому помахать тебе в последний путь рукой.

http://za-za.net/old-index.php?menu=authors&&country=ger&&author=margolis&&werk=007

Катарина Хакер оставляет читателю «слабый свет в конце туннеля»: именно поэтому Скип начинает постепенно понимать, что он должен не только провожать в последний путь одиноких людей, но и отвечать в жизни за двух сыновей своей умершей жены.

Последний роман Катарины Хакер «Скип» перекликается с двумя предыдущими — «Аликс, Антон и другие» и «Клубника матери Антона» — те же вечные мысли о жизни и смерти, о близких людях, живущих рядом с нами, о неизбежности их ухода и необходимости быть рядом с ними.

Русскоязычным читателям Катарина Хакер известна, в основном, как автор романов «Смотритель бассейна» и «Бедолаги». Будем надеяться, что её трилогия тоже будет переведена на русский язык, потому что проблемы, о которых пишет Катарина Хакер, волнуют людей вне зависимости от места их жительства на стремительно несущемся неизвестно куда маленьком земном шарике.
Помните, у Марины Цветаевой:
«За быстроту стремительных событий,
За правду, за игру…
— Послушайте! — Ещё меня любите
За то, что я умру».

Вам понравилось?
Поделитесь этой статьей!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.1