Два рассказа

Этикет

Ну ладно, пока, — сказал Витя Зуев, положил трубку и пошел на кухню, где его супруга Тамара возилась у плиты.
— Кто звонил? – спросила Тамара, не отрываясь от дела.
— Серега Кузнецов. Зовет в субботу в гости.
— Чего это? – обернулась Тамара, понимая, что при теперешних делах особенно в гости не зовут. – День рождения что ли?
— Да ничего, сам удивляюсь. Говорит, приходите просто так, компания будет интересная, интеллигентная.
— Ну и что ты ему сказал?
— Сказал, что тебя спрошу, придем, наверное.
— А что, — снова обернулась к мужу Тамара, — давай и в самом деле сходим. Сто лет ни у кого не были. Что у него там за интеллигентная компания собирается? Ты бы хоть подготовился маленько, а то ляпнешь чего-нибудь, стыда не оберешься.
— Да что я валенок сибирский, что ли, — обиделся Витя. — Тупой и серый?
— Тупой не тупой, а ведь по телеку никогда не послушаешь, что люди умные про этикет рассказывают. Тебе только хоккей да «Поле чудес».
— А то сама «Поле» не любишь? – отпарировал Зуев. – Ты-то много этикета слушаешь?
— Много не много, а тебя научу. Ты вот, например, скажи, что сделаешь, если твой сосед прольет вино на скатерть?
— А что я должен делать? – удивился Зуев. – Он же пролил, не я.
— Ну вот, ты и есть серость. Ты должен сделать вид, что ничего не заметил. Понял? Подумай вот…
— Понял, — пожал плечами Витя. – Только, что напрягаться-то, может, у Кузнецовых никто и не прольет. Ладно, если ты у меня такая умная, скажи, а кто первым должен руку подавать при знакомстве?
Тамара стала вспоминать, что говорят специалисты по этикету в этом случае. И, представьте себе, вспомнила.
— Первым руку подает, — сказала она, — женщина или человек старшего возраста. Усек?
— Усек, — ответил Зуев и пошел в комнату. Конечно, он не считал себя шибко интеллигентным, но и Томкины подковырки были обидными.
Хорошо, стал рассуждать он сам с собой. А если я, допустим, знакомлюсь с молодой женщиной, как тогда, по этикету? Если с точки зрения пола, в смысле она дама, а я нет, то она должна первой руку подать. А если с точки зрения возраста, тогда, значит, я? Как более пожилой? Во, заковыка!
Такая дилемма настолько его обескуражила, что он опять вернулся на кухню.
— Том, — сказал Зуев, – ты меня все этикету учишь, а вот тебе вопрос. Если я знакомлюсь с молодой женщиной, кто должен первым руку подать?
— С какой еще молодой женщиной? — прищурилась супруга и подошла к нему вплотную. – С какой еще?
— Ты чего? – оторопел Зуев. — Ты чего? Сама же долбила насчет интеллигентности. Вот и ответь, кто первый руку должен подать, молодая женщина или пожилой мужчина?
— Это ты, что ли, кобель, мужчина пожилой? – с полоборота завелась жена. – Тебе только волю дай, ты к любой руки потянешь!
— Ну, ты вообще! – перешел в наступление Витя. – Что ты на личности-то переводишь? Что мне и спросить нельзя? Ты про этикет-то по радио, телевизору наслушалась, давай вот и меня обучи.
Но мысли жены Тамары, видно, пошли по привычному пути в сторону от этикета. Глаза ее сузились, и Зуева это симптом сразу же насторожил. На всякий случай он постарался незаметно отступить на шаг-другой. Витя хотел, было, что-то сказать, но Тамара решительно перебила его.
— Значит так, дорогой, иди, звони своему Сереге, скажи, что в субботу заняты мы, прийти не сможем. Давай-ка лучше поговорим о твоих знакомствах! А в гости пойдем, когда я сама научу тебя этикету этому.

Опять не повезло

В дверь позвонили. Тамара Зуева отложила ложку, которой она мешала что-то в кастрюле, убавила газ и пошла открывать. На пороге стоял супруг, Виктор. Но, Боже мой, в каком виде! С ног до головы – брюки, пиджак, лицо, сумка с хлебом, — он был заляпан жидкой грязью.
— Мама родная! – всплеснула руками Тамара, — Откуда ты такой?
— Откуда, откуда….От верблюда! – чертыхнулся Зуев, входя в квартиру и оглядываясь, не зная, куда поставить грязную сумку. – Стоял, понимаешь, как порядочный, на переходе, пережидал. А он летит, как полоумный, и всех, кто был….
— Кто летит? – не поняла Тамара.
— Кто, кто. Конь в пальто! – опять ругнулся Виктор. – Да «Запорожец» этот, падла. Есть банка консервная, а обдал, что твой самосвал.
Он стащил с себя заляпанный пиджак, бросил его в угол и, прыгая на одной ноге, пытался скинуть брюки и не запачкаться. Тамара понемногу приходила в себя. Перспектива стирки мужниного обмундирования ее не радовала.
— Господи, — брезгливо подняла она за штанину грязные брюки. – Господи, ну почему ты везде вляпываешься? Ну почему, ты не всё, как у людей? За хлебом сходить нормально не можешь.
— Ты чего? – оторопел Зуев. – Чего ты орешь-то? Мало, что этот драный «Запор», еще ты орать будешь!
Но Тамару уже понесло.
— «Запорожец» тебе драный, — шмякнула она штаны опять на пол. – Ты на себя посмотри! Лезешь, куда попало.
— Чего, куда попало! Чего, куда попало! – не сдавался Зуев. – Стоял, как порядочный…
— Порядочных не обливают, – наступала жена. – Порядочные сами кого хочешь обольют. А если уж и ждут где, так не у лужи.
— Да где же мне еще ждать-то было? На переходе и ждал. Что я виноват, что ли, что кругом лужи одни, куда ни стань.
— Ну да, давай, давай, оправдывайся. Плохому танцору всегда яйца мешают.
— Причем здесь яйца-то? – совсем обалдел Зуев, чувствуя себя по-дурацки в одних трусах посреди коридора. – У тебя всегда как что, так яйца.
— При том, не придуряйся, — повысила голос супруга. – Ну почему ты ничего толком не можешь? Почему вон у Кузнецовых все как у людей, а у нас…
У Тамары навернулись злые слезы на глаза.
— Почему Серега ихний и зарабатывает, и по дому, и с Зинкой своей в кино? А ты… Дорогу не можешь по-человечески перейти.
Это уже был удар ниже пояса. По любому поводу и без повода Тамара тыкала Зуеву Кузнецовыми. Что бы ни случилось: «А вот Кузнецовы, а вот у Кузнецовых, а вот их Серега…» И Виктор, у которого грязь стала засыхать на лице противной коркой, не выдержал.
— Кузнецовы, говоришь, — перешел он в наступление. – Кузнецовы? Серега тебе ихний покоя не дает, да? А знаешь ты, что он позавчера на том же перекрестке вообще под машину попал? Знаешь? На красный побежал и сбили его. Знаешь?
— Насмерть? – охнула Тамара. – Что же ты молчал-то?
— Не насмерть, слава Богу. Тормознул водила, но впаял ему крепко.
— Что же ты молчал-то? – опять всплеснула руками жена и бросилась к телефону. Пока она набирала кузнецовский номер, Виктор, топая босыми ногами, направился в ванну отмываться.
Видно, Тамара говорила с Зинкой, потому что за время их разговора Зуев успел помыться, одеть домашний тренировочный костюм и согреть себе чай. Но попить его не удалось. В кухню вошла супруга. И выражение ее лица было какое-то странное.
— Ну, что узнала? – миролюбиво поинтересовался Зуев. — Как он там? Что Зинка сказала-то?
— Что сказала? Да все сказала. Что было, то и сказала. Ты хоть знаешь, куда ее Сергей попал-то? Под «Мерседес» он попал, вот под кого.  Зинка говорит, под самый лучший, 600-тый что ли. Понял?! Под «Мерседес»! А не то, что ты под какой-то грязный «Запорожец»!
Тамара окатила супруга презрительным взглядом и отправилась стирать его одежду.

Вам понравилось?
Поделитесь этой статьей!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.1